Предводитель мужчин из клана Броунеллов довольно произнес:

– Вот чего нам не хватало - свежей крови.

И Солтер понял, что он имел в виду не генетику. Женщины, как обычно, более разговорчивые, критически заметили:

– Грешницы, конечно, бесстыдно обнажающие свои конечности, бесстыдно кичащиеся своими прогнившими колоннами святыни разврата. Явились сюда с проклятого моря, чтобы увести нас с дороги истины и добродетели.

– Мы знаем, что делать с женщиной, - сказал предводитель мужчин, а остальные подхватили литанию:

– Мы повалим ее на землю.

– И перевернем ее навзничь.

– Вытянем ей одну руку и привяжем крепко.

– Вытянем ей вторую руку и привяжем крепко.

– Вытянем ей одну ногу и привяжем крепко.

– А потом...

– Потом мы забьем ее насмерть, и Виляка улыбнется.

Капеллан Пембертон смотрел, словно не веря своим глазам.

– Вглядитесь в свои сердца, - начал он, пытаясь воззвать к их рассудку.
– Вглядитесь глубже, чем делали до сих пор, и увидите, что вас ввели в заблуждение. Не так должны вести себя люди. Позвольте, я объясню вам...

– Богохульник!
– крикнула предводительница женщин и ловко ткнула капеллана в живот своим копьем.

Сила, с которой вонзилось широкое холодное лезвие, опрокинула его на землю. Джевел Флит тут же присела рядом, проверяя пульс и дыхание. Жив.

– Встань, - приказал ей предводитель мужчин.
– Выставлять себя на показ, предлагая таким, как мы, бесполезно. Наши сердца чисты!

В двери появился мальчик.

– Вангеры!
– заорал он.
– Двадцать Вангеров поднимаются по лестнице.

– Распрямись и не бормочи, - рявкнул отец и вытянул его древком копья по ребрам.

Мальчик скривился в улыбке, но лишь когда все восемнадцать чистосердечных бросились к лестнице. Потом он выглянул в коридор и свистнул изо всех сил. Люди моря внимательно следили за развитием событий, деля свое внимание между происходящим в коридоре и истекающим кровью капелланом. По свистку стремительно распахнулись шесть дверей, из них высыпали мужчины и женщины и ударили копьями в спины готовых к обороне лестницы Броунеллов.

– Спасибо, папа!
– верещал мальчик, пока чистые сердцем Вангеры толпились вокруг уцелевших Броунеллов с не менее чистыми сердцами. Наконец его крики надоели одному из Вангеров, и тот проткнул парня копьем.

– С меня хватит, - заявила Джевел Флит.
– Капитан, берите капеллана и идемте.

– Но нас убьют.

– Берите капеллана, - вмешалась Гревс.
– Хотя, подождите минутку.
– Она сбегала в спальню и вернулась, неся шипастую дубину.

– Ну что же, может, получится, - сказала девушка.

Она расстегнула длинный ряд пуговиц на своем комбинезоне и, сбросив его, сняла белье. Затем повесила одежду на руку, вышла в коридор и направилась к лестнице. Капитан и инспектор ошеломленно смотрели на ее действия, а потом двинулись следом, неся капеллана.

Для чистосердечных виляк Джевел была не Фриной, защищающейся перед судом, а овеществленным злом. Они заорали, сломали строй и разбежались, побросав оружие. В их головах не умещалось, что человек может поступить таким образом. Только Виляка в мудрости своей знал, что за кошмар так удивительно и страшно привлекает их внимание, разрушая психику. Они бежали от Джевел, как она и рассчитывала. Окажись это не так, ее ждала бы просто быстрая смерть. Но все-таки они бежали, прятались в квартирах, поворачивались спиной к этому страшному зрелищу.

Люди моря быстро миновали побоище на лестнице, без помех спустились вниз и добрались до доков. Солтер изрядно помучился, прежде чем опустил капеллана в лодку, на руки инспектора Гревс, но уже через десять минут они отшвартовались и отплыли. Отойдя от берега, поставили парус, чтобы поймать дующий с суши вечерний бриз, возникающий в результате разницы скорости остывания воды и кирпичей. Джевелл Флит помогла поставить мачту и быстро оделась.

– Не всегда это будет так легко, - сказала она, застегнув последнюю пуговицу.

Гревс думала так же, но не произнесла ни слова, не желая, чтобы ее заподозрили в зависти к великолепному молодому телу Джевел.

Солтер проверил состояние капеллана.

– Думаю, выкарабкается, - решил он.
– Хирургическая помощь и длительный отдых поставят его на ноги. Он потерял не так много крови. А мы принесем совету корабля странную историю.

– У них нет выбора, - отозвалась Гревс.
– Мы потеряли нашу сеть, а эта земля ждет нас. Горстка безумцев будет сопротивляться нам, но что с того?