— Напиши и я напишу, и от Анхен записочку приложим. Только ты не радуйся. Спасение принцессы и свадьба не отменяется. Столько сил и средств уже вложено. Да и согласись — кусочек лакомый. Я про девушку, красавица, ну и про Вейсенфельс, говорят, красивее Дрездена город. Есть за что побороться.

Описывать вызволение принцессы из заточения не интересно. Подготовка важнее. Прокопий купил через подставных лиц домик на окраине Москвы, и туда в санях, укутанную в одеяла и засыпанную сверху соломой, перевёз дивчину. Там, как водится, опять выпорол, так, на всякий случай, для острастки, и чтобы было, что в старости вспоминать герцогине будущей. А среди ночи туда вломился Карл Бирон с огромным мечом и двумя литрами свежей свиной крови. Супостатов разложили картинно на полу. Достали у чучельника голову барана, напялили на неё треуголку, чтобы видно было, что это голова, а чья не видно, и всё это густо залили свиной кровью. И на Карла плесканули.

Ну, а дальше, чего, ничего интересного. Бирон старший ударом ноги вышиб дверь в темнице и с факелом туда вломился весь в белом… раньше. Теперь в красно-белом.

— Принцесса, я есть ваш спаситель. Моя всех убил! — Это он на исковерканном русском.

— Вас? — пискгнула Иоганна.

— Хренас. Всех убивать, тебя вызволять. Геен на воль. Вольку. Волью. Пойдьём ко мной.

— Вас? — Магдалена увидела трупы и головы в крови и грохнулась в обморок.

Хрена с два. Как всегда, всё пошло не так. В обморок ни Иоганна, ни Магдалена не грохнулась, а давай ножкой, вполне себе не маленькой… Под метр восемьдесят девица. С Анхен ростом. Давай пинать «трупы», хорошо, Карл мужчина здоровый, сграбастал её и вынес из домика. А там карета. Пока оттаскивал принцессу от разбойников поверженных, пока в карету запихивал всю дивчину Бирон старший тоже в крови измазал. Именно в таком виде она и появилась в Измайлово. Крики, шум. Вызвали Ушакова из Москвы и велели провести самое жестокое и полное расследование. А вдову бедную Анна Иоанновна отправила в баню и из своего нового гардероба платье выдала. Больше на дивчину и не налезет ничего.

Проспала Иоганна до обеда. Тут и Ушаков прибыл. Руками разводит, ни трупов, ни голов. Вот крови хватает. Чей дом, определить не получилось. Какой-то немец снял, который с акцентом непонятным говорил. Но точно немец. Чёрный, страшный.

— Ваше Императорское Величество, тут же выступил вперёд подполковник Измайловского лейб-гвардии полка. — Разрешите сделать принцессе предложения. Я теперь просто обязан на ней жениться, чтобы оградить от этих бандитов немецких.

— Вона чё?! А добро. Дозволяю. Ты это, Иоганна согласна.

— Вас?

— Вот и хорошо, что согласна. Вернётся Карл из похода и…

— Я есть хотеть до походы! — пылкий влюблённый был обескуражен.

— Да? Ну, до так до, завтра свадьба. Рада, Иоганна?

— Вас?

— Вижу, рада. Завтра поутру и обвенчаем.

— Вас?

— И не благодари.

Событие двадцать пятое

Люди из Москвы воспринимаются коренными крымцами как дикари. Не в том смысле, что вонючие немытые варвары. А в смысле отсутствия воспитания, моральных границ, ненадежности. М. Волошин.

Остерман знатока не привёл. Принёс листок. То есть, знаток по Крымским этим Гиреям есть, но почему-то Андрей Иванович его светить не желает. Как к этому относиться, Брехт не решил. Может, тайный агент, а, может, просто граф хочет незаменимым быть. Чёрт с ним, тем более что информация была и впрямь интересной.

Звали крымского хана нонешнего Каплан I Герай. И его, то ставил Стамбул на трон… садил, то снимал и садил его брата, потом того снимал и этого ставил. И вся эта чехарда не просто так, не на пустом месте. Там неудача за неудачей. И прямо с самого начала правления Каплана этого. А интересно Фанни Каплан, что стреляла в господина Ульянова, ему не родственница? Хотя, она еврейка. А он татарин. Однако, чего в жизни не бывает. Став правителем Крыма в 1707 году Каплан попытался вернуть в подчинение ханства черкесских князей. Черкесы при Девлете II Герае убили калгу Шахбаза Герая и переселились подальше от Крыма. Этот поход оказался неудачен. Черкесы при поддержке других народов Кавказа сильно потрепали войско Крымского хана, и тот ни с чем вынужден был вернуться назад. Неудовольствие Стамбула последовало мгновенно — хан был низложен турками с Крымского трона.

Правил после него его старший брат Девлет II Герай. Правил он порядка шести лет и был смещён из-за обвинения в плохом обращении со сбежавшим от русских шведским королём Карлом XII. Ещё о нём была интересная информация. После поражения шведско-казацкого войска у Полтавы хан разрешил Запорожской Сечи, спасавшейся от мести царя, поселиться на территории Крымского ханства в низовьях Днепра.

Брехт себе заметочку сделал. А что, если к Сечи этой новой послов отправить. Мол, Анна свет Иоанновна на вас обиду не держит, живите, где жили и готовьтесь. А как война будет в спину крымчакам ударите и первыми будете Бахчисарай грабить. Мазепа умер двадцать лет назад. Он виноват в вашем несчастье. А вы просто овцы заблудшие, давайте назад гребите к отчему дому. Не всё, возможно, но часть казаков захочет вернуться, а пограбить своих спасителей татар точно все захотят. Против природы не попрёшь. Сечь, она есть Сечь.

В 1713 году Каплан I опять был возвращен в Крым. На этот раз ему пришлось усмирять кубанских ногайцев, бунт которых возглавил старший сын смещенного Девлета II Герая Бахти Герай. После этого он по поручению турецкого правительства отправился с войском на помощь султану в Австрию. Должен был отправиться. Только вот крымские беи отказались предоставлять ему войска. Долго ли коротко ли, но Каплану удалось собрать небольшую армию и даже привести её к Венгрии, но это произошло слишком поздно. Османы уже потерпели поражение. Хан снова получил отставку и поселился в Бурсе.

Дальше была чехарда на крымском троне. Менялись ханы, но беи войск им не давали. Наконец, несколько месяцев назад в Стамбуле вынуждены были вернуть на трон в третий раз Каплана. Султан приказал ему отправляться в поход на Персию. Каплан попытался отговорить султана, ведь Персия сейчас частично оккупирована русскими и подобный поход мог вызвать войну с Россией. Султан порычал на неудачливого хан,а и Каплан I подчинился приказу и выступил через Северный Кавказ на персидский фронт. Результатом стало ожесточенное сопротивление чеченцев на своей территории, закончившееся серьёзным поражением ханских войск в Аргунском ущелье.