– Эй, послушайте, где вы?

Но в ответ услышал только слабое эхо.

– Черт, дурацкая привычка!
– сказал он негромко.
– Скоро забуду, что есть и другие люди.

Он шел по мокрой траве к соснам и думал, что космос пуст, хотя там тоже работают люди. Он слишком велик, а их слишком мало. И привычка долгое время быть одному служит иногда плохую службу. Как сейчас.

Ральф, аукая, обошел всю вырубку и убедился, что девушки нет.

– Исчезла, как настоящий лесной божок, - пробормотал он, садясь на пень, где недавно сидела она.
– А может, просто приснилась? Ну что ж, продолжай думать, теперь тебе никто не мешает.

Помолчал.

– А почему, собственно, ты злишься?

И рассмеялся.

– Э-э, дружок, раньше за тобой такого не водилось. Тебе вполне хватало общества кибов. Разговаривал с креслом или вычислителем - и ничего, не жаловался.

Встал и громко, на весь лес:

– Ого-го-го-го!

Гулкое эхо с гиканьем понеслось по верхушкам деревьев.

"Наверное, в ее избушке будет слышно", - подумал Ральф и поднес к губам руку с фонобраслетом, фобром, вызывая "мушку".

Через несколько минут она с легким жужжанием выпорхнула из-за деревьев. Две полупрозрачные энергетические панели по бокам корпуса действительно придавали летательному аппарату сходство с насекомым. Сейчас, ночью, с ярко освещенной изнутри пассажирской кабиной, аппарат был похож на большого светлячка.

– Привет!
– негромко сказал Ральф и, показывая рукой на свободное от пней пространство, крикнул: - Сюда!

Телеглаз в носовой части аппарата вспыхнул на мгновение зеленым

светом и "мушка" мягко шлепнулась в траву. Откинулась дверца в

корпусе, Ральф повернулся к лесу, махнул ему рукой и сел в удобное

глубокое кресло.

"Возвращаться в город или нет?" - спросил он себя, а сам уже ткнул

наугад в одну из клавиш и "мушка" медленно пошла вверх.

Ральф глядел на светлое пятно, скользившее по верхушкам деревьев вслед эа "мушкой"; в нем вспыхивали и гасли быстрые капли дождя.

– Зверье, наверное, не поймет спросонья, в чем дело, - заметил он вслух и добавил: - Интересно, видно ли меня из той избушки?

*

Светящуюся ленту дороги окаймляли деревья. За ними, в темноте,

белели небольшие домики. Дорога, вернее, шоссе, брошенное через равнину, шла к центральной площади поселка, ее пересекали светящиеся ручейки пустынных в этот поздний час боковых улиц.

Ральф проводил взглядом светлую точку полетевшей на станцию "мушки" и направился к зеленому кубику инфора, укрепленному на дереве у дороги.

– Адрес Сергея Лазарева, - произнес он, нажав на кнопку приема.

Он выслушал ответ автомата, поинтересовался, как дойти до дома Сергея и сказал:

– Спасибо".

Инфор, щелкнув, выключился.

– Воспитанные люди в подобных случаях отвечают: "пожалуйста". Впрочем, как и невоспитанные, - заметил Ральф.
– Хотя автоматы могут это и не знать.

И зашагал дальше.

Узкая дорожка вилась между луж. Ральф, отводя от лица мокрые ветви кустов, направился к зданию, светлеющему за деревьями.

Где-то в глубине дома мелодично зазвенели колокольчики и дверь отворилась. Стены коридора излучали мягкий ровный свет. В двери напротив невысокий парень в светлом домашнем костюме.

– Здравствуй, Сергей, - тихо сказал Ральф.

Маленький голубой киб с множеством конечностей выпрыгнул из стены и застыл, дожидаясь, когда Ральф отдаст ему свою куртку. Сергей близоруко прищурился, откинул рукой волосы со лба, изумленно воскликнул:

– Ральф Юханссон? Ты ли это?

– Как видишь...

Ральф развел рукапи и засмеялся. Сергей подошел к нему.

– Здравствуй, Ральф!

Они крепко пожали друг другу руки.

"Сколько же лет я не видел тебя, Сережа?
– Ральф поднимался по

широкой лестнице и глядел на идущего рядом Сергея. Тот оживленно

говорил, размахивая руками.
– Как хорошо иметь школьных друзей.

Друзей, к которым можно заглянуть в любое время и которые всегда будут тебе рады. Рады по-настоящему. Ты все такой же, Сережа, как и семь лет назад. Семь? А может девять? Дела, дела, вечные заботы, и все нам некогда, и все никак не найдем лишнего дня, чтобы повидать друзей. Если бы не это непредвиденное возвращение на Землю, если бы не случайно всплывшее воспоминание о том, что где-то здесь живет Серега Лазарев, школьный друг, сколько бы мы еще не увиделись с тобой, Сережа?"