В тревожном настроении я отправился в пансионат и чуть не бегом промчался по коридорам к нашей с Анисой комнате. Жены там не было, в чем, впрочем, не было и чего-то необычного, так как она могла еще быть на службе. А вот чуть позже я заволновался, по испортившейся еде в шкафчике поняв, что в комнатке никого не было уже несколько дней.

Мне сразу вспомнились совсем недавние события, когда Аниса постоянно куда-то пропадала и все это заканчивалось совсем невесело. Впрочем, только я ринулся на поиски, еще не зная с чего начать, как в коридоре меня окликнула Нарика:

— Киран! Не беспокойся! Твоя невеста не пропала, и с ней все хорошо. Она в хорошем и надежном месте. В тюрьме.

Да уж, похоже я пропустил что-то важное, или моя красавица решила насладиться всеми прелестями местной жизни, и сразу, не теряя времени, отправиться в застенок. Я повернулся к студентке-магичке и недоуменно приподнял бровь, краем глаза заметив, как из своей комнаты стеснительно выскользнула Гилла, но оглядев диспозицию, неуклюже спрятала за спину аккуратную дубинку, обмотанную войлоком, и шмыгнула обратно.

— Да не волнуйся так, — подбежала ко мне рослая девушка и аккуратно приобняла меня за плечи. — Это бывает, и для нас, дворянок, даже не позорно. Она дралась на дуэли и ранила соперницу. Не сильно, так что ее посадили всего на месяц в специальную тюрьму для дуэлянток.

Пока я переваривал эти простые слова, Нарика аккуратно потянула меня к своей комнате.

— Не спеши и не переживай, дорогой, — мягко почти промурлыкала она. — Сегодня тебя все равно не пустят, так как уже поздно. Пойдем ко мне, я угощу тебя бокальчиком вина, чтобы сильно не волновался.

Я остановился и твердо снял руку со своих плеч. Еще не хватало начать изменять моей любимой, стоило ей попасть в тюрьму! Девушка разочарованно хмыкнула и предупредила с усмешкой:

— Вон уже Гилла до дубинки дозрела, так что может лучше у меня вина?

— Да идите вы к черту, девушки, — грозно сверкнул глазами я. — А ты мне лучше подробности расскажи.

Но молодая магичка ничего толком не знала. Просто приходила посыльная и принесла мне записку, которая у мастера Грогина. А на словах сказала, что была обычная скучная дуэль, и Аниса ее вроде как выиграла, но теперь сидит в тюрьме за легкое ранение противницы.

Я с трудом представлял, у кого моя красавица могла выиграть дуэль, но все-таки меня уверили, что сегодня идти в тюрьму уже действительно поздно, а так-то можно ходить раз в день и приносить бутылку вина, что кормят там отвратительно, одной кашей из тыквы, но в целом место не такое уж и плохое, только помыться нельзя. Сиживали там почти все дворянки и бывало не по разу, так как горячий характер толкает на дуэли.

Утром я купил бутылку вина и, прекрасно зная свою жену, которая всегда предпочтет хороший обед выпивке, в другую пустую темную бутылку напихал отваренного мяса в бульоне, с чем и отправился в тюрьму.

Меня проводили по темным и гулким коридорам старого замка, давно переделанного в тюрьму для дуэлянток. С одной стороны коридора были вставлены широкие решетки во всю стену тесных камер, из которых меня провожали жадными взглядами дамы. Точнее не так. В первой же камере я заметил молодую высокую девушку, которая вся мокрая от пота старательно выполняла фехтовальные движения мечом, сплетенным из соломы.

Все бы ничего, если бы на девушке было надето что-то кроме трусов и широкополой шляпы. Остальной наряд гвардейского офицера был аккуратной стопочкой сложен на рогоже, выполнявшей роль простыни на деревянной кровати, или скорее нарах.

Увидев меня, заключенная отвесила куртуазный поклон, помахав шляпой, но сказать ничего не успела, так как мы прошли дальше. В других камерах дуэлянтки тоже сидели почти раздетые, и почти у всех были соломенные мечи. В принципе я догадался из-за чего здесь такая странная мода. Жара в тюрьме царила просто страшенная, а в сочетании со сногсшибательным запахом давно немытых тел, так вообще.

— Сознание не потеряете, милорд? — с усмешкой спросила пожилая тюремщица, с которой тоже стекали чуть ли не ручьи пота. — Условия здесь жесткие, чтобы не хотелось возвращаться, но нет ничего, что может уронить честь дворянки, в отличие от обычных тюрем.

Я даже отвечать не стал. А тут мы и до камеры моей жены дошли. Аниса сидела на нарах и лениво листала какую-то книгу. Заметив меня она первым делом страшно смутилась, вскочила и попыталась натянуть пониже рубашку, в которую единственно и была наряжена. Но потом опомнилась, чуть не взвизгнула от радости и бросилась ко мне, прилепившись к прутьям.

— У вас четверть часа, милорд, — проворчала охранница. — Передавать только вино и только одну бутылку.

Сама она отошла в конец коридора и принялась лениво наблюдать за свиданием.