Майор с капитаном разговаривали долго, хозяйка успела до отвала накормить и напоить Тимофея, а на улице уже стемнело. Тим при разговоре не присутствовал.

Уже в машине Дейли сказал Тиму.

— Нам помогут. Если вкратце, в городе есть банды, которые симпатизируют ЗАНУ. После того, как уберете Мугабе, или перед тем как, грохнете их логово. Полиция туда сразу прибудет и найдет оружие, из которого убрали чернозадого засранца. Это вкратце, а над самой операцией надо еще думать и думать. Кого думаешь привлечь из наших? Парней из своей группы? Тут думай сам, я тебе не помощник.

— Буду думать, — серьезно пообещал Тимофей.

И думал до тех пор, пока не переступил порог своей квартиры.

— Ну и где тебя носит? — Сара встретила его сварливым бурчанием. — Долго тебя еще ждать?

В квартире одуряющее пахло жареным мясом, а на Саре… на ней кроме маленького кухонного передника ничего не было.

Который ничего не прикрывал. Вообще ничего.

Гипс на ноге несколько портил общее впечатление, но в целом, выглядела она очень соблазнительно.

— Марш в душ, лейтенант Бергер! — скомандовала Сара. — У вас есть пять минут!

«А в семейной жизни есть свои преимущества…» — весело подумал Тимофей и браво взял под козырек.

— Мэм, есть пять минут, мэм!

Глава 15

— Тим… ­– Плакса поморщился, словно у него болели сразу все зубы. — Ты один из лучших скаутов. Ты, наверное, самый лучший скаут из тех, кого я знаю, но я всегда был убежден, что армия — это не твое место. Считай, что этого разговора не было. Я свое слово всегда держу, ты это знаешь, так что, забыли…

Тимофей тяжело вздохнул.

— Что не так, Риччи? Я солдат, ты — солдат. Мы делаем свое дело и без разницы, что тебе и мне платят всего по четыреста долларов в месяц. Сука… мы делаем свое дело! Не за деньги. Но этим уродам плевать на нас! Они решают свои вопросы. Тебе не обидно? Мне точно обидно. Ты знаешь, что случится: Мугабе выйдет и снова займется своими делами. Снова будут умирать наши люди. Твою мать, наши братья по крови! В чем тогда смысл в нас? Нас вырастили, чтобы убивать терров! Ладно, не вопрос. Ты меня не разочаровал. Я всегда думал, что ты пустой дрочила. Живи своей жизнью, но я хочу, чтобы ты знал — есть люди, которым не плевать на нашу страну. И таких людей очень много, гораздо больше чем ты думаешь.

Если честно, Тимофею сейчас было очень стыдно. По большому счету, Роберта Мугабе, главаря террористов, который очень скоро, по историческим меркам, превратит эту замечательную страну в дерьмо, выпустил из тюрьмы именно он. А теперь, приходилось валить с больной головы на здоровую голову.

— Мне не плевать на нашу Родину! — взвился Риччи. — Я делаю свою работу! Хорошо, делаю! Смысл моей жизни, выполнять приказы. Я не думаю, я исполняю! А ты порченый, Медведь! Ты всегда был порченным! Из-за таких уродов, как ты, нас считают дикарями и расистами! Ты нарушаешь порядок! А только порядок отличает нас от дикарей.

— Не ной… — презрительно хмыкнул Тим и тоже встал лицом к лицу с Плаксой. — Хотя… иди, поплачь, ты всегда был плаксой, им и остался. А лучше, настучи на меня. Тебе же не привыкать?

Тимофей сознательно провоцировал лейтенанта Мак-Мерфи. Он даже приблизительно не представлял, чем закончится этот разговор, но интуитивно чувствовал, что поступает правильно.

— Сука… — кулак Плаксы описал короткую дугу.

Ричард Мак-Мерфи всегда был отличным боксером. Он два года подряд брал армейский чемпионат Родезии по боксу и всегда колотил Тима Бергера в боксерских тренировочных поединках. Правда, только в схватках по правилам бокса.

Тимофей прикрылся локтем, но заблокировать удар получилось лишь отчасти, Риччи целился в печень, а попал по ребрам. Хотя, все равно, Тима словно кувалдой саданули. Глаза застило багровой пеленой, из груди выбило весь воздух, а легкие взорвались дикой болью.

— Убью! — Риччи ударил еще раз, целясь в голову, чтобы добить наверняка, но Тимофей успел войти в клинч, связал ему руки и ткнул головой, а потом, кинул Плаксу через бедро и приложил локтем.

Раз, другой, третий…

— А-аа! — давясь кровью, взревел Риччи, попытался сбросить с себя Тима и сбросил, но Тимофей успел поймать его на болевой прием и опрокинулся всем телом, ломая руку.

Затрещала кость…

— Долбанный русский, — взвыл Плакса, попробовал освободиться, а когда не получилось, зло заорал и застучал по полу свободной рукой. — Все, все, мать твою…

Тимофей отпустил его.

Риччи откатился, встал на колени и угрюмо уставился на Тимофея, держась за локоть.

Тим тоже сел.

— Сволочь ты такая… — обиженно буркнул лейтенант, утирая локтем кровь с лица. — Следующий раз я тебе хорошенько наподдам, понял?

— Угу, — согласился Тим. — Следующий раз. Ну что? Будем разговаривать, или…