Совсем молодой, еще с юношескими угрями на лбу, больше похожий на студента врач, категорично отмахнул: мол, закругляйтесь.

— Хорошо, парень, — Тим встал. — Я тебя еще навещу, а пока отдыхай, а потом поинтересовался у доктора. — Как он? Шансы есть?

— Часть левого легкого в клочья, — пожал плечами врач. — Пневмоторакс и все такое. Но жить будет, парень крепкий. У этой чешской машинки пульки маленькие, но злые… — он достал из кармана несколько металлических комочков. — 7,65x17 миллиметров, вроде пустяк, а вблизи режет насквозь. Но этому черному повезло, большую часть остановили ребра.

— Разбираетесь, — уважительно кивнул Тим, покатав в пальцах искореженную пульку.

— А то! — гордо задрал нос паренек. — Ну, я побежал, раненых до черта.

— Беги, беги, парень…

В коридоре Тимофея встретили четверо полицейских.

— Сэр! — капрал отдал честь Тиму. — Если вам понадобится наша помощь, только свистните.

— Семми прикрыл собой и мою внучку! — гулко пробасил пожилой усатый капитан. — Капитан Арчибальд Белл, к вашим услугам. Хочу чтобы вы знали, группа быстрого реагирования полиции Солсбери, всегда откликнется на ваш призыв.

Тима все эти признания в «любви» уже порядком надоели, и он поспешил побыстрей отделаться от копов, но ситуация неожиданно его растрогала.

— Как он сказал? — улыбался Тим. — Унгулунунгу, аматлози? Тьфу ты, язык сломаешь. Ну да ладно, лишняя сила мне не помешает. А копы могут пригодиться, правильные парни. Ладно, поехали. Надо бы не забыть прикупить мороженого для девочек…

В одном из открытых павильонов киностудии полным ходом шли съемки. Гора аппаратуры, софиты, куча непонятного творческого народа, стоял дикий шум и гам. Питер ван дер Гал лично руководил процессом: сидел в директорском кресле, лениво потягивал вискарь со льдом и изредка властно порыкивал в мегафон.

Тим остановился неподалеку и решил понаблюдать за процессом.

Тем временем на площадку нагнали статистов: чернокожих и белых, мужчин, женщин и детей, одетых в африканские национальные наряды и в европейскую одежду. Надо понимать, они все символизировали дружное население Родезии.

Вперед вышли две девочки в одинаковых белых платьях. Аманда Джонс и еще она чернокожая девчушка, тоненькая и стройная, чем-то даже похожая на Аманду.

— Отлично! — громыхнул в мегафон Питер ван дер Бил. — Эй, ты, в галстуке! Ага, ты! Сделай морду попроще, не в сортире сидишь! Вот! Поехали. Ричард, остаешься за старшего, а я отлучусь…

Защелкали вспышки. Тимофей едва не заржал, заметив, как сразу несколько человек из съемочной группы облегченно перекрестились, когда ван дер Бил ушел.

— Мистер Бергер, я вас ждал! — министр крепко взял Тим за локоть и потащил за собой.

Дальше он запер дверь в маленьком кабинете, зачем-то оглянулся и внушительно заявил:

— Мугабе скоро освободят. Я все решил.

Тим недоуменно на него уставился и хриплым от волнения голосом потребовал:

— Рассказывайте.

Того, что все так быстро решится, он точно не ожидал.

— Не сегодня и не завтра, через месяц, а может и полтора. Раньше не успеют из-за юридических формальностей… — начал ван дер Бил.

Как очень скоро выяснилось, министр информации подошел к делу очень оригинально. Вместо того, чтобы уговаривать местных политиков, он обратился к своему другу премьер-министру ЮАР, а уже тот, надавил на президента и премьера Родезии, под предлогом умаслить мировое сообщество и самому прослыть миротворцем. А заодно под этой маркой сбросить со своей страны часть санкций.

Тим еще больше ошалел. В реальной истории Роберта Мугабе освободили тоже при посредничестве премьер-министра Южно-Африканской Республики, но только в тысяча девятьсот семьдесят четвертом году.

«Ну ни хрена себе… — думал он. — Гребанная история буквально стала с ног на голову. А ведь я ничего сам не делал. Совсем ничего, так шепнул кое-кому пару слов. Все сделали за меня! Даже страшно подумать, что будет дальше…»

— Я свое дело сделал, — Питер ван дер Бил ткнул Тимофея пальцем в грудь. — Теперь дело за тобой.

— Мне нужно будет знать место и точное время его освобождения, — потребовал Тим. — Как минимум за две-три недели.

— Ты будешь это знать, — прищурился министр. — Как я обещал, пресса скоро начнет набрасывать, что Мугабе пошел на сделку с властями. Но смотри, чтобы этот мерзавец не ушел. Уйдет — нам с тобой в Родезии не ужиться.

— Он не уйдет! — твердо пообещал Тимофей, уже планируя свои дальнейшие действия, потому что времени оставалось до обидного мало.

Как только вышел из кабинета к нему бросилась Аманда, таща за руку свою напарницу.