— Мальчики? — Мамин голос заполнил воздух. — В чем дело… О, Джерард, почему ты в трусах?

— Твой сын, — Гибси сделал паузу, чтобы обвиняюще ткнуть в меня пальцем, прежде чем продолжить, — кончил на меня.

— Он это сделал? — Спросила мама с выражением надежды на лице.

— Да, он это сделал! — Гибси застонал, содрогаясь с головы до ног.

— Я, блядь, не эякулировал на тебя, — выпалил я в ответ, разрываясь между смехом и гребаными слезами. — Я кончил, и ты сел на это.

— Разница та же, — рявкнул он в ярости. — Те же гребаные результаты, Джонни!

— О, любимый, я так счастлива, что у тебя снова все получается, — сказала мама, обмякнув от облегчения. — Но тебе не следует вмешиваться в свои дела, когда твои друзья в отъезде.

— Что? — Я уставился на нее, разинув рот. — Эти слова действительно слетают с твоих губ?

— Это на всей моей форме, мамушка К., - сказал ей Гибси. — Он погубил меня.

— Я знаю, Джерард, любимый, — уговаривала она, похлопывая большого ублюдка по щеке. — Иди и прими душ, а я постираю твою форму. Она будет как новенькая.

— Я также проголодался, — добавил он, глядя на нее щенячьими глазами.

— Я приготовлю тебе жаркое, малыш, — ответила она. — А теперь иди и приведи себя в порядок.

Содрогнувшись, Гибси кивнул и прошествовал в ванную, незаметно показав мне на ходу средний палец.

— А теперь, — сказала мама с усталым вздохом, наклоняясь и поднимая с пола форму Гибси. — Я знаю, что, возможно, я отстала от времени, и это не то, что я когда-либо представляла, что мне придется сказать тебе, Джонни, но, пожалуйста, не извергай семяизвержение на Джерарда.

— Я этого не делал, — выдавил я, подавленный. — Почему я?

Мама покачала головой и пробормотала что-то вроде: — Кто знает, что сегодня происходит с подростками.

— Ма, — взволнованно рявкнул я. — Я подрочил. Он сел на салфетку и закатил истерику. Я не эякулировал на него.

— И Иисус плакал, — всхлипнула мама, прижимая руку ко лбу. — У меня могла бы быть дочь. Я могла бы понять дочь…

— Ну, ты меня достала, — фыркнул я, плюхаясь обратно на матрас. — Член и все такое.

— Джонатан!

— Как бы там ни было, ма, ты должна быть рада, — бросил я, чувствуя, что достоинство давно ушло. — Возможно, однажды я действительно смогу подарить тебе внуков.

— Только не с Джерардом, ты этого не сделаешь.

У меня отвисла челюсть. — Я не гей!

— Было бы неплохо, если бы ты был таким, — предложила она.

— Спасибо, я согласен, но я все равно не гей, — парировал я. — У меня есть девушка.

Я мог бы надрать себе задницу за то, что позволил этому признанию вырваться.

Мама замерла. — Шэннон?

К черту все, за копейки… — Да, Шэннон — моя девушка, — ответил я, садясь. — Теперь мы вместе, и, прежде чем ты начнешь, просто знай, что ни ты, ни отец не скажете о ней ничего, что имело бы для меня хоть малейшее значение.

— Я не собиралась ничего говорить о Шэннон, — ответила мама после долгой паузы. — Я думаю, что она милая девушка, любимаый. — Ее брови были нахмурены, карие глаза встретились с моими, когда она внимательно наблюдала за мной. — Но ее семья…

— Я не хочу этого слышать, — оборвал я ее, сказав. — Я не собираюсь встречаться с ее семьей, ма, я собираюсь встречаться с ней.

— А как насчет того, что сказала ее мать? — прошептала мама, бледнея. — Ей всего шестнадцать, Джонни.

— Посмотри на меня. — Я указал на кровать, а затем на груду одежды в ее руках. — Как ты думаешь, что я здесь делал?

— Я не знаю… — Мама закусила губу. — Я не хочу, чтобы ты…

— Повзрослел? — Предложил я. — Поздновато для этого, ма. В следующем месяце мне исполнится восемнадцать.

— Это серьезно?

— Я серьезно отношусь к ней, — ответил я, не сбившись с ритма.

— Насколько серьезно?

— Настолько серьезно, что я люблю ее, — предложил я, встречая взгляд матери со сталью в жилах. — Достаточно серьезно, чтобы меня не отпугнуть.

— Ты… — Ее голос прервался, и она подавила всхлип, прежде чем добавить: — Ты не торопишься?

— Мы ничего не делаем, — сказал я ей. — Я не дурак, ясно? Так что не волнуйся.

Мама вздохнула с облегчением, ее маленькие плечи поникли. — Она мне действительно нравится, Джонни, — добавила она. — Я думаю, что она потрясающая девушка — и это хорошо для тебя. Я думаю, что она чудесно влияет на тебя, любимый, но я просто… — Она снова вздохнула. — Ты мой малыш, и я не хочу, чтобы ты был втянут в то, что может повлиять на твое будущее. — Она бросила на меня понимающий взгляд. — Я не хочу, чтобы ты совершал какие-либо ошибки.