– Чего ты не хочешь?

– Всего. Всего не хочу.

– Ты про глаза?

– И про них тоже, но не только.

Я почесал ее голову свободной рукой.

– Не грузись, солнышко, все будет хорошо.
– попытался я подбодрить слепую.

– Нет, чистый, не будет.
– сказала она, и замолчала, крепко держа мою руку.

Я немножко сжал ее кисть, и расслабил хватку. Она, наверное, расскажет о своих мыслях, но не сейчас. Завтра у нас важный день, тайны и приключения ждут нас, нас двоих, меня и ее. Я вспомнил свой сон, в котором видел футуристический город. Неужели это и правда Москва?.. Наверное, слепая же говорит, что сны бывают пророческими. И тут я вспомнил сон, который видел еще в самом начале: как я стою во главе отряда в крутой броне с энергетическим оружием, и идем мы на Москву. Но этого отряда больше нет… А значит все сны фуфло полное. Я посмотрел на слепую. Сидела, откинув голову на стену, но на лице было выражение муки. Почему? Что такое? Она должна была хоть немного расслабиться.

– Лия?

– Что?

– Улыбнись!

– Не могу, чистый, не могу!..

– Но почему?!

– Не могу сказать. Не спрашивай! Не надо!

– Ладно, не буду.

– Вот и хорошо, Саша.

Опять назвала меня по имени. Второй раз! Мда, что-то совсем не так. Ее беспокоит отсутствие связи? Нет, это началось намного раньше. Я сидел и ломал голову над тем, что же вокруг меня крутится, и вывод был только один: конфликт чьих-то интересов. Но чьих? Лию ведет система, техники и метр Ролиус стоят за ней. Или не они? А с другой стороны? Кто? Что? Кто заказал меня и мою группу? Система? Или? Третья сила? Что за ГБшники меня отловили? Может быть это они, и те, кто с ними связан? Москва? Не знаю, но обязательно найду ответы. Лия шевельнулась в воде, и села прямо.

– Пойдем, Саш.
– сказала она и поднялась.

Я помог слепой выбраться из ванны, и понял, что полотенец тут нет. Старый жмот Александр любит только собирать деньги, сервис на нуле. Я снял футболку, и как смог обтер Лию, надеясь что не испачкаю ее давно не стиранной шмоткой. Помог одеться, выдернул пробку из ванные, и отвел ее в комнату, усадив на кровать. Слепая вздохнула, и немного сгорбилась. Сгорбилась! Слепая! Это очень плохой знак. Я дал ей еще кусочек шоколада, и налил молока в кружку. Она неторопясь ела и пила, и распрямила спину.

– Да, Саша, ты был прав. Ванна способна растворить тревоги, но не смыть. Спасибо. Ты очень много для меня делаешь… - сказала она.

Я улыбнулся.

– Я постараюсь перевернуть этот мир.

– Да, знаю.
– это прозвучало грустно.

Может быть проблема в этом? В том, что я хочу перевернуть этот мир? Виль уже спал в своем гнезде, и нам пора укладываться. Но сначала - душ. Я налил Лие еще молока, и дал последний кусочек шоколадки, а сам отправился в ванную. Мокрая футболка осталась висеть на полотенцесушителе, я разделся и залез под струи горячей воды. Черт! Какой кайф! Помню, так же кайфовал, когда горячую воду включали после летнего отключения на профилактику, а потом поставил себе бойлер, и забыл про это. И тут такой флэшбэк. Я тщательно потер себя ладонями,наблюдая как грязная вода стекает в слив, и простирнул свои шмотки, хоть ненадолго стану чище. Хе, чище. Чистым я уже не буду никогда.

Закончив с мытьем и стиркой, я обтерся футболкой, тщатьельно выжал ее, развесил шмотки на просушку, и отправился в комнату голышом. Кого мне стеснятся? Лия спала отвернувшись к стенке и накрывшись одеялом, я увидел, что ее одежда лежит рядом с кроватью. И тут я понял, что мне лечь негде, гнездо себе не свил! Пока я топтался и думал что делать, Лия повернулась ко мне и сказала:

– Ложись со мной.

Я задумался на секунду, а потом подчинился, и забрался к ней под одеяло. Слепая навалилась на меня, закинула ногу и обняла рукой. Я просунул свою руку ей под шеей, и обнял ее в ответ, а она опустила голову на мое плечо. Если это и любовь, то странная до невозможности. Я подумал о ней, как о женщине, и она это заметила, тихо хихикнув, и погладила меня рукой. Да какого черта! Симпатичная голая девушка лежит рядом со мной! Я повернулся к ней и поцеловал в губы. И понял, что она не умеет целоваться, но быстро учится. Я прижал ее к себе, как говорят, вспыхнула искра, что-то там еще про огонь было, не помню уже. Все произошло как-то само-собой. Мы лежали тяжело дыша, и я не хотел ее отпускать. Не отпускать никогда, наверное.

– Я хочу, чтобы это никогда не заканчивалось.
– тихо сказала она.

– Да, знаю.
– ответил я, и поцеловал ее.

Сон незаметно навалился на меня, я видел разрозненные сюжеты, но ничего интересного в них не было, обычный сон. Видимо, осознанные сны я видел только под влиянием скверны. Утром я проснулся рано, слепая уже не спала, просто лежала обняв меня, Виль куда-то исчез. Поцеловав ее в щечку, я поднялся и помог ей одеться, потом пошел в ванную и оделся в почти высохшую одежду. Виль и Александр Васильевич обнаружились на кухне, о чем-то вполне мирно беседующими за чашкой чая. Хозяин вполне приветливо пожелал мне доброго утра, я пожелал ему в ответ, и вернулся в комнату. Нам предстоит одно очень важное дело.

– Лия, пора снимать повязку.

Слепая обреченно вздохнула и сгорбилась. Я подошел, взял ее за щеки и поцеловал в губы, но она не ответила. Погладил ее по волосам, и начал разматывать бинт. Плотный, не как обычный марлиевый. Закончив, я увидел закрытые глаза Лии, а она приложила сверху ладонь.

– Что такое?
– спросил я.

– Светло!
– неуверенно ответила она.

– Открывай глаза, давай!

Она медленно убрала руку, и посидела привыкая. Затем приоткрыла веки, и снова зажмурилсь. Не сразу, с некоторым трудом, ей все же удалось открыть глаза, и я увидел ярко зеленую радужку с красивыми черными прожилками. В этих глазах можно было утонуть! Она долго присматривалась ко мне, часто моргая.

– А ты совсем не такой, как во сне.

У меня аж челюсть отпала, и я не нашел, что ответить.

– Ты ведь умер один раз, это не твое тело.
– пояснила она.

Да, все встало на свои места. Во сне я был собой. Она внимательно осмотрела себя.

– А вот я выгляжу так же, как там. Там было тело, которое видел ты, я не знала, как выгляжу я.

– Теперь ты все можешь сама. Познавай этот мир, тебе многому надо научиться.

– Да… Я даже не знаю как выглядит то, что я ела!