— Удесятерит, господин. Я пригляжу.

Я довольно кивнул, закрутил головой. Заблудились мы, что ли? Мало того что незнакомое место, так и темнота уже опустилась. Я-то в ней вижу, но проблема не в этом, в другом. Где эти шатры, их Ребел к себе уволок?

На очередном перекрёстке, который делил шатры лагеря проходами, шагнул к солдату, что стоял, скучал там.

— Эй, где шатры идаров мла… Где шатры адептов? Тех, что выделены отдельным отрядом? — не видя на лице понимания, переспросил по-другому. — Гири где расположились?

Он опытным взглядом скользнул по нашим с Илиотом многослойным ханбокам, ткнул пальцем:

— Там, ваша милость. Три ряда и увидите их.

Значит, не заблудился. Просто немного не дошёл.

Искать того, кто считался здесь то ли командиром в ранге хоу, то ли приглядывающим за всеми этими адептами, пришлось уже в темноте. И он был очень не рад, что я оторвал его от ужина. Но обо мне знал, правда не ожидал, что я прибуду так рано, да ещё и с бляхой гаэкуджи на поясе. Зато ждал меня и десять человек, поэтому с радостью отделался от меня всего двумя местами для людей в одном из шатров, да двумя местами для граухов.

От очередного вопроса Илиота я отмахнулся:

— Времени очень мало, я не могу позволить себе терять целую ночь.

— Но господин, вы больше времени потеряете на ночную дорогу, чем выиграете.

Говорить, что для меня нет темноты, я не стал. Тут Илиот прав. Это для меня нет, а для грауха есть. Они хоть и видят в темноте лучше, чем люди, но не настолько, чтобы скакать по ночному лесу.

Поэтому придётся его оставить здесь, а хоу с утра узнать, что мне понадобилось три места в стойлах. Илиот лишь покачал головой, когда понял это, а вот Листен с тревогой заметил:

— А ещё ночью можно влететь в засаду реольцев, господин.

Я лишь усмехнулся в ответ:

— Я на это даже надеюсь, Листен.

Так оно и случилось. Почти.

Судя по карте, армия Скеро разделилась на множество отрядов, которые расположились на северном берегу довольно крупной реки, что вытянулась, изгибаясь с запада на юго-восток, к морю.

Самый большой отряд находился в условном центре, два малых на левом и правом краю, а между ними и за ними тут и там карту пятнали отметки совсем уж мелких отрядов. И мне нужно было к крайнему левому из них.

Совсем сократить путь напрямую я не рискнул. Пусть я вижу в темноте, пусть у меня есть тени, которые исправно прочёсывают округу, но Реол это страна не только рек, но и озёр, а ещё болот.

Бегать по воде я не умею и если, разогнавшись ускорением и Шагами, небольшую реку перебежать, может, и смогу, то вот озеро придётся огибать и терять время. Полагаться на карту в таком деле будет слишком наивно. Это земли Реола, Скеро здесь без году три месяца. Даже я вижу различие между тем, что показывал на уроках сабио Атриос и тем, что видел на карте сейчас, а сколько тонкостей ещё никто не нанёс на карту? Нет уж.

Поэтому мчался я почти всё время по тем дорогам, что натоптала здесь армия Скеро.

Забавно то, что дважды я едва не влип в засады именно Скеро, а вот на отряд реольцев наткнулся всего раз и то, ради него пришлось прилично отклониться с пути. Так что скорее это они налетели на меня, неудачно попавшись на глаза теням, а не я влетел в них. Зато первый жетон я получил задолго до рассвета. С рассветом же добрался до нужного мне форпоста.

Выглядел он… Так себе.

Небрежно, на скорую руку сделанное кольцо стены. Просто три-четыре вбитых в землю столба, между которыми навалили брёвна с кое-как обрубленными ветками. Слева от лагеря деревья сожжены, справа просто вырублены, брошены прямо на месте. Видно, лишь бы отодвинуть черту леса подальше от лагеря.

Само кольцо стен всё в следах нападений — истыкано стрелами, обуглено, кое-где порублено едва ли не в щепу. И всё это залатано тем самым небрежным способом — свежими стволами сверху. Иногда и вовсе грудой жердей и ещё зелёных веток.

Внутри тоже всё выглядело удручающе.

Если здесь и были когда-то шатры, то от них ничего не осталось. Разве угадаешь, от чего это выгоревшее пятно — от шатра или просто от огненной смеси реольцев?

Весь лагерь был расчерчен десятками канав, которые делили его на части. В каждой стоял входом к центру лагеря невысокий наклонный навес из брёвен, сверху которых было накидано не меньше четверти кана земли. Тоже выжженой.

Под навесами же ютились солдаты и идары.

Ну, ни дождь, ни огонь их там точно не достанет, но целыми днями сидеть на ветру… А нет, кое-где под навесами ещё и что-то вроде хижин из всё тех же жердей и кусков полотна.

Командир форпоста оглядел меня больными, красными глазами и фыркнул:

— Парень, ты дочку одного из гонганов совратил или выбил зубы какому-то наследнику Великого дома?

Ограк, я угадал его по голосу, за моим плечом тяжело вздохнул:

— Всего лишь немного трудностей, но они тут же забывают о порядке и дисциплине. На этот, так называемый, лагерь не взглянешь без слёз, но теперь ясно, что тому причина. Тот, кто должен подавать пример, вести всех за собой — первый пал жертвой страхов, безразличия и лени. Господин! — вдруг повысил он голос. — Поставьте его на место. Пусть ведёт себя достойно!