Я недовольно скривился:

— Опять ты за своё.

— Господин, — на лету, двигаясь спиной вперёд, вздохнул Ирал. — Сначала дети учатся ползать, затем встают, делают первые шаги, держась за стену, затем отпускают поддержку и шагают в пустоту, пытаясь не упасть и только затем учатся бегать, прыгать и всё остальное. Идары сначала отказываются от голосовых активаторов, которые становятся ненужной подпоркой, затем… — он прервался и поправился. — Сейчас идарам доступно лишь первое, от печатей они все так же зависимы, но раньше идары, взрослея, набираясь сил, отказывались и от печатей, обходясь лишь силой воли, затем они шагали ещё дальше, познавая суть силы Предка и отыскивая свой путь к ней.

Мне было не так легко разговаривать на бегу, как давно мёртвой тени, но я справлялся:

— И ты думаешь, я сумею пройти их все?

— Вы — Оскуридо, — твёрдо ответил Ирал. — Вы сумеете всё, нужно только набрать больше силы. Сгустить ихор, убить больше врагов…

— К чему смешивать разные пути? — повторил я свои мысли из темницы. — Так мы не поймём, какой из них верный, какой нет.

— Господин, к чему терять время? И как, может быть, вы откажетесь убивать врагов?

Я понял его, но мне не понравилось, как он жульничает в этом разговоре и я буркнул в ответ:

— Нет, я просто не буду совмещать Шаги и печати, и не буду больше сгущать ихор.

Ирал тут же возопил:

— Господин!

Я ухмыльнулся, довольный эффектом, но тут в разговор вмешался Молак, догнавший меня слева:

— Господин, это неразумно, вы ведь уже не дитя, на вас лежит ответственность…

Теперь я оскалился, невзирая на то, что ветер тут же рванул в рот, заставляя меня давиться воздухом. Опять этот советник пытается давить на мой несуществующий долг короля. Но приказать замолчать я не успел, Молак оказался хитрей, чем я ожидал.

—…за вашу семью и договор. За вашу жизнь. Негоже отказываться от лежащего рядом ножа и пытаться освежевать добычу с помощью щепки.

Выругавшись под нос, шёпотом, едва ли не про себя, я чуть укоротил шаг, подстраивая его под зло стучащее сердце, а через мгновение толкнулся, выворачивая ступню точно так, как требовали Шаги сквозь тьму.

Что я могу сказать? Ирал был счастлив. Шаги сквозь тьму рода Оскуридо отлично совместились с печатью «херристра потег». Не просто совместились, а сложили свою скорость. Дальше я мчал, куда там лошади. Не всякий граух в конюшнях Денудо был способен так быстро и так долго скакать — кусты вдоль дорог сливались в одну полосу, взгляд с трудом выхватывал детали, а путь через лес, четыре лиги до Иструма я пролетел минут за двадцать, не больше и мог бы пробежать ещё столько же.

Заметив впереди маячащую тень, сжал левую руку в кулак, ломая печать и скорость. С трудом успел перестроить шаг, чтобы не полететь носом в пыль. Ирал рядом довольно прогудел:

— Отлично, господин, отлично.

Ещё бы ему не радоваться, господин же послушно выполняет его указания.

Тем временем из леса на дорогу бросились четверо. Кодик и три воина.

Да, тень отмечала мне именно их. Жаль, конечно, что сегодня здесь очередь не Илиота, с другой стороны, какая мне разница? Часом раньше, часом позже.

Один из воинов качнул головой:

— Господин, вы так изменились за эти десятицы, ещё сильней стали похожи на владетеля Нумеро.

Кодик же беспокоило совсем другое:

— Господин, что случилось? За вами погоня? Вы бежали из Академии?

— Нет-нет, — махнул я рукой, успокаивая его. — Можешь считать, что я закончил Академию раньше срока и теперь ищу вас, чтобы вместе отправиться в Реол.

Тот же воин, что говорил, как я похож на отца, расплылся в улыбке:

— Господин, поздравляем! Господин, мы не сомневались в вас. Я слышал, что ваша мать тоже добилась здесь успехов.

Возможно, я отвык, возможно, воины тут озверели в лесу от одиночества и однообразия дней, но их слова резали меня какой-то нарочитой лестью, которой я совсем не ожидал от тех, с кем когда-то гонялся за реольцами.

А вот Кодик остался точно самим-собой. Хмуро сообщил:

— Господин, Креод отъехал…

Я едва не сказал, что знаю. В последний миг прикусил язык. Откуда знаю? Всё же так неудобно бывает с этим знанием от теней — приходится думать, что можно говорить, что я могу знать, а что не могу. Учитывая, как часто у меня слова слетают с губ раньше, чем я успеваю подумать головой — это даже опасно.

—…по делам.

Я не удержался:

— Это по каким ещё делам?

Кодик невозмутимо пожал плечами:

— Я хённам, он гаэкуджа. Он не доложился мне, господин. Но если нам всем не нужно бежать прочь, спасаясь от погони, то вы можете оставить ему указания и он догонит вас, господин.

— Ладно, — отмахнулся я от этих мелочей. — Я хочу увидеться с Илиотом. Двигаемся в город, — спохватившись, спросил то, что и так знал. — Вы тут ждали каждый день?

— Конечно, господин. Мы пытались и ближе подойти, стражники у Академии так себе, но дальше ворот нас всё равно не пускали, а забираться через стены мы не рискнули.