Я посмотрела на Тераниона и отдала ему приказ:

— Оставь себе воинов и припасы. Эти существа причинили много горя и нам и другим. Их судьбу я решу потом. Пусть сложат всех своих убитых в кучи, а сверху насыпят каменный курган высотой в пять ростов человека или эльфа. Я не хочу, чтобы эта падаль отравляла мои святые земли. Тех пленных эльфов с Аквенила я отдаю тебе в рабов. Пусть хоронят мёртвых. Наших отдельно и отдельно своих. Потом сразу иди в Горный Замок. Пленных тоже тащи туда. В Аквениле я пробуду недолго.

Теранион приложил могучую руку к груди, и слегка поклонился. Его бесстрастное лицо не отразило ничего.

— Пошли вон. Вы мне неинтересны. Таскайте трупы в кучу, и закладывайте их камнями, — я махнула рукой, как будто отгоняя кошколюдей прочь, и тут же двое могучих северян пинками погнали их исполнять моё приказание.

— Я не могу это делать! Я король! Я высокого рода! — заорал Хорн, порываясь развернуться, и подойти ко мне, чтобы объясниться, но стражник со всей силы хлестнул его плетью по спине, и погнал убирать трупы с места боя. Луса обречённо пошла следом.

— Торменида захватил Аквенил. Ничего хорошего горожанам это не сулит, если мастер боя связался с этими животными. Пока никто не знает исход битвы, нападём сегодня вечером. Дай посмотрю твою рану!

Я подозвала Эльдроса, и залечила его плечо. Потом запрыгнула на подведённого коня, и махнула мечом вперёд.

— Навстречу судьбе! Витязи-северяне! В сечу! В бой! В мрак! Привезите на клинках мечей себе доблести, а мне славы!

Затрубив в рог, я услышала как воины отозвались стуком мечей о щиты. И тут же мы поскакали. В неизвестность. У кошколюдей и эльфов, напавших на нас, лошадей не было, и послать гонца о своём проигрыше они могли только пешего. На это и был мой расчёт — оставить обозы, пленных и мёртвых на Тераниона, а самим как можно быстрей скакать к городу, пока туда ещё не пришла весть о разгроме войска Хорна.

За полчаса мы добрались до Аквенила. На въезде в город стояло несколько вооружённых стражников, но увидев массу скачущих верховых с обнажёнными мечами и топорами, они побросали оружие и разбежались — сопротивление было бесполезным. Эльдрос с одной сотней отправился зачищать город, я с другой сотней сразу же поскакала к усадьбе Тормениды. На всём протяжении пути происходили мелкие стычки — как я и ожидала, эльфы и кошколюди оказались дезорганизованы, и ещё не знали, что их ополчение почти всё истреблено мной. Они были сильно обескуражены, и пытались организовать хоть какое-то сопротивление. Но какое это было сопротивление? Выбежать в подштанниках и босым на улицу из дома, покинув постель, и размахивать мечом? Естественно, такое сопротивление быстро подавили.

Однако много кого укрылось и в усадьбе мастера боя. Стремительно приближаясь к ней, и рубя всех, кто выбегал с оружием, я заметила открытые ворота усадьбы и пару лучников, прикрывавших тех, кто по одному и по двое забегали внутрь. Я отбила несколько стрел, а потом Тэрил, резко придержав Эрнею, сунула меч в ножны, выхватила ильнуирский лук, и в мгновение убила обоих. Ворота тут же стали запираться, но она, наведя лук почти вертикально, выстрелила вверх. Стрела со свистом сначала поднялась, а потом упала обратно, как раз точно за ворота, и похоже, убила кого-то внутри, судя по истошному крику боли.

— Есть! — рассмеялась она, придерживая лошадь. — Что будем делать? Мы уже тут были как-то.

— Что делать… Не знаю… — я ещё не успела сообразить, заходясь от бешеноё скачки и быстрого боя. — Сейчас посмотрим. Не надо давать им время, чтобы закрепились. Чем дольше они будут там сидеть, тем труднее нам придётся.

Усадьба Тормениды более похожа на крепость или небольшой форт. Громадная каменная стена высотой в два человеческих роста тянулась вокруг всей территории. Внутри виднелись высокие здания с узкими бойницами, которые тоже могли служить очагами обороны. Тарана у нас не было, чтобы разбить стену, да она и не выглядела легко пробиваемой — сложенная из огромных диких неотёсанных камней, стена могла быть приличной толщины.

Ворота самое слабое звено. Сделанные из толстых дубовых досок, обожжённых в огне, и стянутых железными полосами, хоть и выглядели несокрушимыми, всё же дерево есть дерево. Однако подойти к ним близко было совершенно невозможно — то, что ворота это слабое место, знали не только мы, но и торменксы. Едва кто-то из воинов сделал попытку приблизиться к воротам, как из-за ограды донёсся громкий предостерегающий крик, и через неё бросили горшок с горящим маслом, разбившийся и расплескавший смрадно горящую жижу в стороны. Торменида приготовился к обороне. Да и что мы хотели? Застать врасплох опытного воина и учителя ратного дела?

Однако было и у Тормениды слабое место. Он до совершенства отшлифовал воинское искусство и физическую силу, но презрительно отказывался от боевой магии, как и от магии в целом. Родом он был из племени Горендаур, и крутить мечом считал наивысшей забавой.

Сверху самого высокого строения сидели несколько кошколюдей, и зорко наблюдали за нами. Они подавали крики обороняющимся у ворот, чтоб те швыряли горшки с маслом и смолой, когда мои дружинники приближались к воротам. Я свистнула, зазывая Тэрил, и кивком головы показала ей на дозорных. Она согласно кивнула в ответ, взяла ильнуирский лук, и в несколько выстрелов убила тех, кто наверху. Пока Тэл стреляла, и внимание обороняющихся было отвлечено, я взяла у дружинника громадную тяжёлую булаву, и поигрывая ей, подошла к воротам. Призвав красную ярость и руну Непреодолимая сила, ударила в центр ворот. Три доски сломались, а остальные треснули. Ворота накренились, но следующий могучий удар разнёс их на куски. Обломки тяжёлых досок разлетелись в разные стороны, валя и калеча обороняющихся.