— Тебе следует пойти на урок, — сказала я. — Ты же не хочешь опоздать.

Она сделала шаг назад.

— Ладно. Увидимся позже.

Я кивнула, отпустив ее навсегда.

— Привет, ребенок.

— Привет, Билл. — Я сидела на носилках в отделении неотложной помощи, болтая ногами вперед-назад. В основном стараясь не зацикливаться на слишком знакомых звуках и запахах. Упасть в обморок было бы плохо. — Что ты здесь делаешь?

— Просто проверяю порез, несчастный случай с ремонтом дома. — Врач скорой помощи, дежуривший в день нападения, улыбнулся. — Нападение кухонной раковины.

— А я думала, что твоя работа опасна.

Он еще больше улыбнулся.

— Как у тебя дела?

— Хорошо.

— Почему ты здесь? — спросил он, прислонившись к противоположной стене. На вид ему было около сорока, подтянутый, с бритой головой. Сексуальный, если тебе нравятся парни среднего возраста. Держу пари, он бы понравился моей маме.

— Вывихнула большой палец. — Я показала ему свою забинтованную руку.

— Как, черт возьми, ты это сделала? — спросил он, скрестив руки на груди и устроившись поудобнее.

— Ударила девочку в школе.

Его лицо нахмурилось.

— Она это заслужила?

— О, да. Давно напрашивалась. Она издевалась надо мной годами.

Он покачал головой.

— Цепляться к другим людям, унижать их, чтобы почувствовать себя взрослым, откровенно говоря, это дерьмово в любом возрасте.

— Не могу не согласиться.

— Дай мне свою левую руку, — сказал он, протянув руку.

Он поднял свою ладонь, как знак «стоп».

— Давай посмотрим на этот удар. Ударь меня.

Я сильно ударила его левой рукой. Раздался громкий шлепающий звук.

— Ладно, вот в чем проблема, — сказал он. — Хорошая новость в том, что ты вращаешь кулак и пробиваешь цель. Ты прирожденный боец. Плохая новость — это большой палец.

Осторожно он перевернул мои пальцы, затем вытянул мой большой палец вдоль нижней части моей ладони.

— Вот так, — сказал он. — Большой палец снаружи, прикрывает остальные пальцы, ясно?

— Ясно.

— Ты должна бить вот этими двумя плохими парнями, — сказал он, постукивая по двум костяшкам моих пальцев. — Все остальное приведет к тому, что ты снова окажешься здесь со смещением или переломом. Поняла?

— Поняла. Спасибо.

— Я тебе этого не показывал.

— Конечно, нет. — Я улыбнулась. — Скажи, ты не женат? Нравятся девушки?

— Я немного староват для тебя.

— Я больше думала о своей маме.

— Ха, — засмеялся он. — Я кое с кем встречаюсь. Извини, ребенок.

Не могла винить себя за то, что пыталась.

— Рада была снова тебя видеть, Билл.

Покачав головой, он ушел. Была работа, которую я не могла бы выполнять, будучи фельдшером скорой помощи. Представьте, что вы лечите людей, пытаетесь собрать их по частям достаточно, чтобы отвезти их к врачу. То, что он, должно быть, видел. Особенно, в ту ночь, в «Дроп-стоп»… И возникла мысль, которая ни к чему хорошему не вела. Мой желудок тошнотворно сжался в знак согласия.

Мне нужно было выбраться из этого места. Зрелище и запахи — все это слишком напоминало ту ночь. К счастью, мама закончила разговор с доктором и направлялась в мою сторону.

— Пойдем, — сказала она, пройдя мимо меня прямо к дверям. На ее лице не было прежнего счастливого выражения. Думаю, она получила новости из школы о дисциплинарных мерах.

Директор Ли прочитала лекции мне и Каре, пока мы ждали наших родителей. К счастью, идиотка Кара решила напасть на меня в поле зрения камеры видеонаблюдения. Нужно любить идиотов за то, что они все облегчают. Тот факт, что она, очевидно, начала представление и первой потянулась ко мне, очень помогло, благослови ее господь. Из-за всей этой истории с ударом никто не называл меня жертвой, но все же.

Снаружи ярко светило летнее солнце, пели птицы. Несмотря на плохое настроение моей мамы, я чувствовала себя прекрасно. Доктор дал мне обезболивающее.

Мама все еще не улыбалась.

— Я только что разговаривала по телефону с твоим директором. Ты отстранена на неделю. Учитывая недавние травмирующие события, она решила быть с тобой помягче.

— Я не собираюсь туда возвращаться.

— Что? — мама остановилась, пристально посмотрев на меня поверх крыши своего седана.

— Я никогда туда не вписывалась и никогда не буду вписываться, — сказала я, встретившись с ней глазами. — Особенно после этого. Это место — одно из самых богатых — ты понятия не имеешь, какие они. Кара сделает мою жизнь несчастной, а я к этому не готова.