– Посмотрим, – сказал Игорь.

– Я бы тоже не хотел получить по морде, – сказал вдруг Ляпа.

– К тебе претензий нет, – сказал Чира. – Ты не выпендриваешься.

А я что, выпендриваюсь? – подумал Игорь. Когда я выпендривался? Когда в пинг-понг играть не захотел?

– Все! – Титаренко опустил на стол колоду. – Второй акт Марлезонского балета.

– Снова я? – спросил Чира и, не дожидаясь возражений, сдвинул карты. – Пошла, значит, заруба.

Он открыл восьмерку пик.

– У-у-у! – произнес Ляпа.

– Ну, че, посмотрим, что Олень вытащит, – сказал Чира.

Титыч вновь собрал колоду.

– Прошу!

– Я не против снова вытащить валета, – сказал Игорь.

Он подышал в ладони.

– У каждого уважающего себя царского офицера, – проговорил Ляпа, ни к кому не обращаясь, – должен быть свой ритуал на удачу.

Чира фыркнул.

– Главное, пальцем в заднице не ковырять.

Карты лежали синей, ромбовидной «рубашкой» вверх, но Игорю казалось, что он может, подержав ладонь, угадать, какая карта идет первой, а за ней следующую, и третью, и так до конца. От каждой шло тепло, надо было только разобраться в его форме.

– Олень, давай! – рявкнул Титыч.

Игорь вздрогнул и сбил пальцем большую часть колоды. Осталось едва ли пять карт, и сверху был…

Туз, туз, туз!

– О-о-о! – завопил Ляпа.

– Туз? – с надеждой спросил Игорь и открыл глаза.

Не ясно, как, но вдруг оказалось, что он переворачивал карту, зажмурившись. В общем, здрасте, хрена вам, а не туз. На столе рядом с Чировой восьмеркой пик теперь лежала еще одна восьмерка, только уже крестей.

– Восемь, – с удивлением произнес Титыч. – Они сговорились.

– Восемь! – вскинул руки Чира.

– Это чего, снова ровно? – спросила Рачкина.

– Охренеть!

Ляпа выразил ни больше ни меньше общее мнение.

– Ты че, Олень, – стукнул Игоря в плечо Чира, – за мной повторяешь?

– Ага, повтори сам, если такой умный! – сказал Игорь.

Дверь в подвал грохнула, и в помещение ввалился растрепанный, жующий жвачку Чехов. В одной руке у него был пакет, распираемый пивными банками, а в другой – хохочущая, льнущая к нему Королева.

– О, народ! – сказал Чехов. – Во что играете?

Королева сняла и повесила на вешалку сбоку от тахты бежевый плащик. Под ним обнаружились блузка, сквозь которую просвечивали чашечки лифчика, и короткая джинсовая юбка. Ноги у Ирки были голые – ни чулков, ни колготок. Соблазнительные. Игорь подумал, что если она сядет на диван напротив, то из-под юбки всяко…

– О, и Олень здесь! – воскликнул Чехов.

– Олешек, – сказала, улыбнувшись, Королева.

Игорь помрачнел. Хоть горшком назовите...

Чехов поставил пакет с банками в холодильник в углу, привлек к себе Королеву. Титыч подвинулся, и новоприбывшие плюхнулись на диван.

– Так во что играете?

– Да Чира тут с Лагой поспорил… – сказал Ляпа.

– Ага-ага, – кивнул Чехов.

– Чира Лагу вызвал, а Лага сказал, если выиграешь – ладно, пойдем.

Королева посмотрела на Игоря. Сидела она хоть и не с краю, но ноги держала вместе – хоть заглядывай, хоть не заглядывай. Но что если она возьмет сейчас и чуть-чуть их раздвинет? В знак хорошего к нему расположения? От этой мысли Игорю стало жарко, тем более, что коленки Королевой, словно по его желанию, слегка, на сантиметр, разошлись. Вот не пошел бы, блин, этот Чира лесом!

На левой коленке у Ирки темнел небольшой синячок.

– Олень! Лага! – наклонился Чехов. – Ты взнос принес?

Игорь заморгал.

– А, да.

Он, неудобно привстав, полез в карман. Пять рублей и десятка легли в ладонь хозяину подвала.

– Другой разговор! – сказал Чехов. – Что там дальше, Ляпа?

Ляпа выпрямил спину.

– Дальше хотели в «дурака», – продолжил он, будто не прерывался, – но потом решили, что офицерская игра больше подходит. Титыч перемешал, Ленка сдвинула. Чира вызвался тянуть первым. Хоп! – вытянул. Валет! Старшая карта. Червовый. Лага, естественно, побледнел. Фиг ли, шансов вытащить «картинку» у него меньше, чем вытянуть всякую хренотень.

Игорь поймал себя на том, что слушает Ляпу, не отрываясь. Да и все слушали. Тот как-то умел рассказывать так, что словно кино смотришь. Типа второго «Терминатора», «Звездного десанта» или «Воздушной тюрьмы».

– Титыч Лагу торопит, Чира под руку советует шестеру выхватить, ну, Лага, наверное, мысленно перекрестился и карточку – раз!

Ляпа сделал паузу и обвел взглядом слушателей. Игорь, хоть и знал, что последовало дальше, чуть не крикнул: «И что? И что?».

– Валет! Пиковый!