– Стиви, огня!

Парень, кинувшись к затухающему костру, вытащил тлеющую головню и бегом вернулся.

– Я иду первым. Тумур, прикрываешь тыл.

– Принял, – нехотя согласился Змей.

Забрав у Стиви разгорающуюся на конце палку, Ундэс спрыгнул в темноту. За ним Эд, Немой, Раф и Стиви. Скалозуб ненадолго задержался, наблюдая за пришельцем и командиром. Мне тоже было интересно узнать, к чему приведёт начавшийся разговор между ними, однако, попасть под горячую руку совершенно не хотелось, поэтому я сиганул вниз, расслышав напоследок:

– Изгнание не пошло тебе на пользу. Выглядишь отвратительно.

– Зато я сильнее любого воина Зиккурата. И мага. Так ты отдашь кольцо, или мне присоединить тебя и твоих бойцов к моей свите?

– Лови!

Под ногами оказалась сухая твёрдая поверхность, а над головой сводчатый каменный потолок, весь растрескавшийся и не внушающий доверия. В проёме наверху сверкнул золотой росчерк, раздался звон. Пол вздрогнул вместе с башней, из трещин посыпался мусор. Я вовремя шагнул вперёд – позади упал Скалозуб, на него сразу же рухнул Тумур, вызвав у парня взрыв непечатных ругательств.

– Вперёд, за мной! Скорее! – встревожено окликнул Ундэс. Освещая путь головнёй, он быстрым, размашистым шагом направился по прямому узкому ходу.

Снова звон, звуки ударов, стук и странное уханье. Развалины затряслись, будто в приступе беззвучного титанического хохота. Вдобавок подземелье наполнилось громким хрустом. Горящая палка еле освещала стенные ниши, забитые останками, и у меня возникла неприятная догадка, что именно хрустело под ступнями. Мы молча шли по древнему склепу, удаляясь от башни, даже Ал не проронил ни слова с тех пор, как его поднял рывком Змей и погнал пинком прочь от входа, где сверкали золотые росчерки.

Мы ушли на добрых двести метров, никуда не сворачивая, прежде чем нас остановил грохот, и простояли всего мгновение. Затем, не сговариваясь, ринулись дальше. Если башня обрушилась, подземелье может постичь та же участь. Головня превратилась в маячащую впереди большую искру, практически не дающую света. Бежавшие цепочкой люди натыкались друг на друга в темноте. Со всех сторон доносились недовольные возгласы, ругань. Я споткнулся о растянувшегося на полу и скулившего Стиви и сам едва не упал, наступив парню на раскрытую ладонь.

В спину толкнул плотный поток воздуха, я чихнул от поднявшейся пыли. Вспомнились горбуны, судя по всему, состоявшие в свите пришельца-изгнанника. Выглядели они опаснее морратов.

– Бежим! – заорал Эд передо мной, сея панику в отряде.

– Скорее, мать вашу! – крикнул Скалозуб и врезался мне в спину, чуть не сбив с ног.

Пришлось развернуться, опрокидывая потерявшего равновесие парня на стонущего Стиви, по которому потоптались уже дважды.

– Не спеши – успеешь, – проронил я, отодвигаясь от Ала. Пырнёт ещё, в темноте не заметишь.

– Уйди, – послышалось в ответ.

Захрустело, обозначая удаляющиеся шаги. Я подхватил Стиви и, поставив на ноги, потащил за собой. Грохот полностью прекратился, эхо, гулявшее по тоннелю, и то замолкло. Подземный ход пока стоял. Впрочем, мог обвалиться в любую минуту, и нам стоило поторопиться.

– Брось чёрного, – посоветовал идущий за нами Тумур.

Надо отдать степняку должное, нервы у него железные. Не поддался общему порыву и до сих пор выполнял приказ Ундэса, прикрывая тыл. Из него получится отличный солдат, если проживёт подольше.

– Идти можешь? Помочь?

– Могу, Кир, могу, – запротестовал хромающий Стиви, охая на каждом шагу.

– Нога сильно болит?

– Д-да… не очень, – выдавил парень.

– Тогда двигай поршнями активнее. Змей, далеко до выхода?

– Для чёрного – далеко. – Понял-таки, что с ногой беда. То ли подвернул, то ли сломал. Ранение в степи равносильно смертному приговору, по словам Висельника, особенно в нашем положении. Выживать не научились, средства защиты от призраков остались в Сломанной Башне. Хотя бы мертвяки за нами не гнались.

Относительная тишина, наступившая после грохота, действовала успокаивающе. К тому же, вскоре отдалившиеся от нас ребята выдохлись – не элита всё-таки, выносливость ни у кого не прокачана кроме степняков. Минут через десять мы их догнали. Ундэс спорил с Алом и Эдом. Скалозуб не хотел признавать сына степей новым командиром. Степняк же спокойно пытался убедить обоих, что выходить наружу не стоит, лучше до утра схорониться в туннеле и дождаться отставших, то есть, нас.

– Стоп! В какую сторону нам идти? – испуганно спросил Эд. – Вот чёрт! Говорил же – нельзя останавливаться! Потеряли направление.