— Слушай… Ты уже несколько раз упомянула отца. А мать? Она не против гостей?

— Матери нет. — Сухо отрезала девчонка.

Эта тема явно была Лине неприятна и говорить о ней она не хотела. Я молча уставился в окно.

Машина свернула на широкую дорогу, которая даже в этом уединенном месте вела еще в более уединённую часть квартала.

Через несколько минут перед нами уже открывались автоматические ворота.

Лина лихо пронеслась по территории огромного двора, огибая клумбы, и затормозила возле широкого крыльца.

Я выбрался из тачки, покрутил головой, а потом даже присвистнул, выражая степень свое удивления.

Перед огромным домом стоял фонтан. Фонтан! Я подошёл ближе. Заглянул внутрь. Там плавали рыбы. Живые, настоящие рыбы.

— Ой, не обращай внимания! — Лина, подскочила, схватила меня за руку и потащила к ступеням, которые вели внутрь трёхэтажного особняка.

Могу сказать точно, если бы кто-то из наших богатеев увидел это жилище, он бы подавился слюной от зависти. Площадь дома была нереально большой. Я даже не представляю, зачем столько много? Здесь можно поселить не одну семью, а целый район.

Девчонка втянула меня через высокие двери внутрь, протащила через холл в столовую.

— Присаживайся. Сейчас будем кушать. — Она кивнула в сторону длинного стола. Потом схватила колокольчик, даже не понял, откуда вытащила, и со всей силы тряхнула его несколько раз.

В столовой тут же нарисовался мужик в ливрее.

— Томас, принеси нам…– Лина повернулась ко мне. — Чего ты хочешь, Борис? Заказывай. Вообще можешь говорить все, что придет в голову.

— Не знаю. Без разницы… — Я пожал плечами.

Честно говоря, пребывал в каком-то ступоре. События неслись с бешеной скоростью. Я просто не успевал на них реагировать. Да еще сама девчонка здорово напоминала батарейку с вечным зарядом. Она постоянно что-то говорила или делала. Даже просто стоять на месте не могла. Вот и сейчас, едва не подпрыгивала рядом с лакеем.

— Ой, скромняга, — Ангелина со смехом погрозила мне пальцем. — Томас, давай омаров, соус, овощи и что-нибудь на десерт. А! И мороженное. Непременно мороженное! Фисташковое.

Мужик в ливрее кивнул, а потом так же молча испарился. Его лицо выглядело совершенно безэмоциональным. Мне кажется, даже если бы Лина велела принести ему какое-нибудь мясо несуществующей в природе голубой антилопы, он спокойно, с гордо поднятой головой, послушно отправился бы выполнять распоряжение хозяйки.

— Ну, садись же. Садись! Не стой! Ох… Как я рада, что мы познакомились!

Лина подтолкнула меня к одному из…из дохрена скольки стульев. Вот тот же вопрос. Она живет с отцом. На черта им такая столовая и такой здоровый стол. Если один сядет с одного конца, а второй — с другого, чтоб поговорить, придётся орать в голос.

Я только успел пристроить свой зад, девчонка только успела обежать эту громадину и плюхнуться напротив, как наша компания стала больше на одного человека.

— Молодец. Справилась. Хорошо, признаю, я был неправ. Ты выиграла спор. Смогла притащить его сюда.

Звук этого голоса стал для меня ударом под дых. Его не ожидал услышать точно. Я вскочил на ноги, обернулся и замер, уставившись на мужчину, который стоял в дверях, прислонившись плечом к косяку. При этом лихорадочно соображал, что делать? Как сбежать?

— Ой, ну перестань. — Романовский усмехнулся, а потом спокойно, без суеты, прошёл в комнату. Остановился возле стола, опираясь одной рукой о его край. — И давай без глупостей. Хорошо? Просто ты ведь не дурак, Борис. Должен понимать, в доме Ликвидатора точно предусмотрена защита от таких, как ты. Так что, не вздумай исполнять что-то из своего репертуара. Навредишь только себе. И я сейчас вовсе не о законе. Чисто о физическом состоянии. Тебя скрутит недели на две. Если выживешь. А у нас дел очень много. И сядь уже. Сейчас еду принесут. Попробуешь свежие морепродукты. Мне их специальным рейсом привозят.

— Ну, пап! — Лина надула губы и раздражённо шлепнула ладонью по столу. — Вот зачем ты все испортил! Я хотела еще поиграть с псиоником! Это было так интересно. Все ждала, когда же он решится применить способности. А ты так рано явился. Нечестно!

Я стоял, как дурак, посреди этой шикарной комнаты и вообще не понимал, что происходит. Единственно, что знал наверняка, насчёт защиты полковник не блефует. Хотя, попробовать все-таки можно…

— Ну, и дурак. — Резко заявил Романовский. Затем отодвинул стул и сел, поставив локти на столешницу. — На твоём лице огромными буквами читаются все мысли. Борьба, которая в тебе происходит… Слушай, ну, на кой черт мне заманивать псионика к себе домой, чтоб убить. Сам подумай.