Фразу сказала девочка, стоявшая в самом центре компании. Выглядела она, как модель с картинки подростковых журналов. Модные шмотки, красиво блестящие на солнце волосы, высокомерие во взгляде. Это была, собственно говоря, Лера Залесская. Просто в тот момент мы еще не знали богатеньких уродов по именам.

Остальные подростки угодливо захихикали, стараясь выглядеть на фоне Леры такими же дебилами. Вернее, они думали, что выглядят круто. Это я сразу понял, одноклассники наши — дебилы. И вообще, нам фантастически «повезло», но совсем не в том смысле, в котором мы изначально думали. О чем сразу же и сообщил присутствующим.

— Вот вы придурки…– Сказал я громко, потом взял девчонку за руку и собрался войти в здание школы. Нам еще перед уроками нужно было забежать в администрацию, уладить какие-то бумажные вопросы.

— Что ты ляпнул, нищеброд?

Вопрос прозвучал откуда-то со стороны, и я не сразу понял, кто это говорит. А когда обернулся, увидел крутую тачку, возле которой стоял высокий светловолосый пацан. На минуточку, ему было в то время двенадцать. Двенадцать! А он уже имел свой автомобиль и ездил за рулем. Хотя, по закону это допустимо лишь с шестнадцати.

Да, не вопрос, машины, особенно дорогие, напичканы таким количеством электроники, что водителю за рулем вообще нечего делать. И, конечно, папаша Костырева вполне в состоянии купить ему официальное разрешение от муниципалитета, утверждающее, будто Никита обладает высоким уровенем IQ и отличным показателями тестов на реакцию. Тем более, если учитывать тот факт, что Костырев-старший является единственным представителем Корпорации, занимающейся утилизацией мусора по всей стране. Именно он выполняет роль топ-менеджера филиала, существующего в нашем городе. Кто в здравом уме откажет такому человеку в маленькой, скромной просьбе, предоставить сыну разрешение на вождение автомобиля. Но в тот момент я ещё не знал, с кем говорю. Для меня это был просто какой сильно охреневший пацан.

Я уставился очередному дебилу прямо в глаза. Рожа у него выглядела… Да просто совершенно отвратительная рожа. Блевотная. Правда, как оказалось, блевотной ее нашел только я.

— Ого…– Настя, которая до этого молчала, расстроившись из-за столь некрасивого поведения будущих одноклассников, уставилась на блондинчика восхищённым взглядом.– Борь… Это же Никита Костырев…

Я офигел, если честно. Впервые видел свою подругу настолько ошарашенной и восхищеной одновременно.

— Насть…ты приди в себя…– Сказал я тихо, чтоб нашего разговора не услышали стоявшие неподалёку поидурки, и даже дернул ее за руку. Мол, ты чего? Очнись?

Но она продолжала пялиться на блондинчика, который развязной походкой шёл к нам.

— Никита Костырев… — Снова прошептала девчонка, правда, совершенно непонятно, кому она хотела эту информацию донести. На меня она вообще не смотрела, а белобрысый мудак и без подсказок знает свое имя. — Я его страничку постоянно смотрю. Он в жизни еще красивее.

— Страничку? — Я с удивлением уставился на подругу. У меня даже глаза на лоб полезли. Честное слово. — Где? У тебя нет компа. И телефона нет. Где ты ее смотришь?

— Потом расскажу… — Слегка раздраженно ответила Настя, видимо, я своими вопросами мешал ей наслаждаться видом приближающегося блондинчика, а потом сделала то, чего от нее вообще не ожидал.

Просто в тот период времени девчонка стала очень замкнутой. Не такой открытой, как с детстве. И не такой оторвой. Мы будто поменялись с ней местами. Теперь я постоянно что-то исполнял, а Настя служила для меня сдерживающим фактором. Но когда Костырев оказался рядом, Настя вдруг шагнула ему навстречу и протянула руку для приветствия. Сама. Первая.

— Я — Настя. А ты — Никита. Знаю. Слежу за твоими историями. У моей троюродной сестры есть компьютер. Она просто живет в ремесленном районе. И у нее есть компьютер. Ой, уже говорила это… Вот…Потому что ее родители ремесленники…

Я в еще большем офигивании разглядывал свою подругу. Во-первых, она вдруг начала страдать косноязычием и говорила как-то нескладно, коряво. Во-вторых…понятия не имел, что она мотается в соседний район к своей кузине, чтоб посмотреть на какого-то белобрысого мудака. Это уж вообще, конечно…клиника.

— Ты дура? — Костырев, поморщившись, посмотрел на Настину протянутую руку, будто она ему предлагает какое-то дерьмо взять. Причём, даже не в переносном смысле. — Реально думаешь я буду тебя трогать? Да ты в своём ли уме, детка?

Особо нелепо в его исполнении прозвучала эта дурацкая «детка». Пацан явно нахватался взрослых замашек от кого-то и мнил себя крутым парнем, хотя до такого положения ему ещё расти и расти.

Но зато компания, стоявшая вокруг Леры, громко заржала. Конечно, они слова Костырева прекрасно слышали. Белобрысый мудак специально говорил громко, на весь двор. Красовался, наверное.