Но кончилось все сравнительно неплохо. Если бы не смекалка Уильям-Энн, Сайленс могла остаться калекой. Через некоторое, обычное небольшое время иссушение уже не обратить.

В лесу что-то зашуршало. Сайленс замерла, вынуждая Уильям-Энн остановиться и оглядеться вокруг.

— Матушка? — прошептала Уильям-Энн.

Сайленс нахмурилась. Ночь была темной, а им пришлось бросить фонари. «Там что-то есть, — думала она, всматриваясь во тьму. — Что ты такое?» Да защитит их Запредельный, если шум стычки привлек Глубинных.

Звук больше не повторился. Скрепя сердце Сайленс двинулась дальше. Они шагали уже добрый час и в темноте не поняли, что вернулись к дороге, пока не вышли на нее.

С тяжелым вздохом Сайленс опустила их ношу на землю и принялась разминать уставшие руки. Слева, в пробившемся сквозь листву свете Звездного пояса виднелась гигантская челюсть. Старый мост. Они почти дома. Тени, абсолютно спокойные, лениво парили вокруг, словно мотыльки.

Руки едва ли не отваливались. С каждой секундой труп будто становился тяжелее. Многим невдомек, насколько тяжелые трупы. Сайленс опустилась на землю. Они немного передохнут, прежде чем отправиться дальше.

— Уильям-Энн, у тебя осталась вода во фляжке?

Уильям-Энн всхлипнула.

Вздрогнув, Сайленс вскочила на ноги. Дочь стояла возле моста, а за ней виднелась темная фигура. Болезненный зеленый свет вдруг разогнал тьму: фигура достала пузырек со светопастой. Сайленс узнала Реда.

Он приставил кинжал к шее Уильям-Энн. Стычка с тенями далась ему тяжело: один глаз превратился в бельмо, пол-лица почернело, губы усохли, обнажив зубы. Тень прошлась ему по лицу. Повезло, что выжил.

— Я догадался, что вы вернетесь этим путем, — невнятно выговорил он, капая слюной с подбородка. — Серебро. Давай сюда ваше серебро.

Его нож был… из обычной стали.

— Живо! — взревел Ред, сильнее прижав лезвие к горлу Уильям-Энн.

Если он прольет хоть каплю крови, не успеешь и глазом моргнуть, как слетятся тени.

— У меня только кинжал, — солгала Сайленс, вытащив кинжал и бросив перед Редом на землю. — Слишком поздно, Ред, твое лицо не спасти. Иссушение уже не обратить.

— Плевать, — прошипел он. — Теперь труп. Отойди от него, женщина. Прочь!

Сайленс шагнула в сторону. Получится добраться до него, прежде чем он убьет Уильям-Энн? Ему придется поднять кинжал. Если она правильно выберет момент…

— Ты убила моих людей, — прорычал Ред. — Они все мертвы. Боже, если бы я не закатился в ту рытвину… Мне пришлось слушать. Слушать, как их убивают!

— Ты оказался умнее, чем они, — отозвалась Сайленс. — Ты бы не смог их спасти, Ред.

— Сука! Ты их убила.

— Они сами себя убили, — прошептала она. — Ты заявляешься в мой Лес, отбираешь то, что принадлежит мне? Жизнь твоих людей против жизни моих детей, Ред.

— Ну значит, ты не шелохнешься, если хочешь, чтобы твоя дочь осталась цела. Подбери кинжал, девчонка.

Всхлипывая, Уильям-Энн опустилась на колени. Ред присел следом, не спуская глаз с Сайленс и не отнимая ножа от горла девушки. Дрожащими руками Уильям-Энн подняла кинжал с земли.

Ред вырвал его и взял в свободную руку.

— Девчонка потащит труп, а ты подождешь здесь. Не смей приближаться.

— Конечно.

Сайленс прикидывала, как поступить. Прямо сейчас нападать нельзя. Он настороже. Она пойдет за ним по Лесу, вдоль дороги, и дождется подходящего случая. И тогда нападет.

Ред сплюнул.

Из тьмы прилетел арбалетный болт с тупым наконечником и ударил его в плечо. Нож у горла Уильям-Энн дрогнул, по шее сбежала струйка крови. Глаза девушки расширились от ужаса, хотя это была просто царапина. Царапина не представляла опасности.

А вот пролитая кровь…

Ред упал на землю, ловя ртом воздух и прижимая руку к плечу. На его ноже блестели капли крови. Тени вокруг почернели. Их глаза вспыхнули зеленым, потом покраснели.

Кровь. Красные глаза в ночи.

— Проклятье! — завопил Ред. — Проклятье!

Его окружил рой красных глаз. Тени тотчас набросились на того, кто пролил кровь.

Сайленс потянулась к дочери. Ред схватил Уильям-Энн и толкнул перед собой, пытаясь заслониться от тени, потом развернулся и рванул в другую сторону.

Уильям-Энн пролетела сквозь тень. Лицо тут же начало усыхать, натянулась кожа вокруг глаз и на подбородке. Девушка споткнулась и упала в руки матери.

Сайленс захлестнула паника.

— Нет! Дитя, нет. Нет, нет…