— Дима, — выпаливаю.

Сейчас он держит “заю” за волосы. Прямо над осколками. И когда Дима поворачивает голову на звук моего голоса, не узнаю его глаза.

— Дима, — повторяю тихо.

Потемневший взгляд будто проясняется.

Лебедев отпускает избитого парня. Подходит ко мне.

— Прости, Катя, — говорит. — Задержался.

— Пойдем, — роняю и беру его за руку.

Он кивает. Когда мы проходим мимо застывшей возле двери Щегловой, Дима поворачивается к ней и холодно заключает:

— Найди другой универ.

— Давай в оптику заедем, — говорит Дима, когда мы оказываемся в его машине, заводит мотор и поворачивается ко мне. — Здесь неподалеку хорошая есть.

— Зачем? — роняю рассеянно, еще не вполне прихожу в себе после случившегося, меня до сих пор потряхивает от перенапряжения.

— Тебе нужны новые очки, — ровно заключает Лебедев и хмурится, переводя взгляд на мои руки.

Пальцы подрагивают, сжимая ремешок сумки, и я собираюсь убрать ладони в карманы куртки, но Дима опережает. Он сжимает мои руки одной своей. Не крепко, но ощутимо. Уверенный жест дает чувство защиты. И в этот момент мне совсем не хочется от него отстраниться.

— Никто тебя не тронет, Катя, — отрывисто произносит Лебедев, глядя в мои глаза. — А про этих двоих… ты вообще можешь забыть. Доставать не будут.

Повисшую тишину нарушает звонок мобильного.

Дима достает телефон, не отпуская меня. Мрачнеет, глянув на экран, медлит, прежде чем принять вызов.

— Да, — бросает коротко, а после прибавляет: — Понял.

Голос его собеседника не слышу. Но чувствуется, что речь идет о чем-то важном. Взгляд у Лебедева меняется.

Плохие новости?

— Задержусь, — наконец, заявляет Дима. — У меня планы поменялись.

Он смотрит на часы.

— Дела есть, — замечает. — Не раньше девяти.

— Если тебе надо ехать, то это не проблема, — начинаю и осекаюсь, когда Лебедев отрицательно мотает головой, тихо добавляю: — Я в порядке.

Дима улыбается и чуть крепче сжимает мои руки.

— Согласен, давай так, сейчас тебе все отправлю, — заключает он. — До встречи, Демьян.

От осознания того, что этот разговор шел с Диким, кровь приливает к щекам. Как и всякий раз, когда вспоминаю о нем. Перед глазами сразу вспыхивает то безумие, которое произошло с нами в отеле.

Мотаю головой, стараясь прогнать яркие образы. Слишком противоречивые эмоции они вызывают.

— Что случилось? — спрашиваю, наблюдая, как отключив вызов, Лебедев быстро набирает сообщение. — Я правда нормально, Дим. Ты можешь поехать, лучше встретимся завтра.

— Рабочий вопрос, — отмахивается он. — Дикий сам разберется.

Рефлекторно киваю и отстраняюсь от него, чтобы пристегнуть ремень безопасности.

Машина трогается с парковочного места.

— Хочешь в кино? — спрашивает Дима.

Притормаживаем на светофоре, и Лебедев передает мне свой телефон, где уже открыта страница с премьерами этой недели.

— Выбирай, — говорит.

Листаю, на автомате просматривая отзывы. А в ушах звучит хриплый голос Дикого. Он недавно тоже меня в кино приглашал.

Хватит. Зачем опять про него думаю?

Мы с Димой часто смотрим фильмы вместе. Было время, каждую неделю на выходных ходили. До того, как он стал у крестного подрабатывать.

Кстати, вот продолжение популярной серии комедий. Должно быть весело.

Двигатель затихает, и я поднимаю взгляд. Впереди виднеется вывеска центральной оптики. Значит, Лебедев не отказался от этой идеи.

— Ты в другую хочешь? — спрашивает он, поймав мой взгляд. — Есть оптика получше?

— Нет, Дим, здесь хорошая оптика, — отвечаю, возвращая ему телефон. — Просто дома запасные есть. Это же не срочно.

— Пойдем, Кать.

— Тогда на фильм не успеем, — замечаю. — Сеанс через двадцать минут, а если на этот не попадем, то следующий надо больше двух часов ждать.

— Подождем, — заключает Дима, забирая ключи из замка зажигания. — Так даже лучше. Заедем в ресторан перед кино.

Спорить с Лебедевым бесполезно.

Офтальмолог проверяет зрение, выписывает линзы. Остается только оформить заказ. Девушка за стойкой подает мне бланк, который нужно заполнить.

— Вам придет уведомление, когда забирать очки, — сообщает она. — Доставка обычно через две недели.