Их разговор был внезапно прерван, что-то маленькое проскочило через коридор.

— Что это? — озадаченно сдвинула брови Гвен. — Почти как… как…

Второе, точно такое же существо проследовало в том же направлении. На этот раз оба смогли его как следует рассмотреть.

— Ты хотела сказать, как деревянный человечек? — простодушно спросил Кейб.

Вот и третий мчится по направлению к залу. Этот остановился и, если так можно сказать при видимом отсутствии глаз, уставился на две высокие фигуры. Как и у остальных, его голова представляла собой простое продолжение палки, образующей его туловище. Его руки и ноги были обычными прутиками, которые кто-то привязал веревкой к туловищу.

Очевидно, он удовлетворил свое любопытство, и нелепая фигурка суетливо последовала за своими собратьями.

— У нас тут и без них достаточно народу, — решила волшебница. — Неплохо бы посмотреть, куда это они направились.

— Или посмотреть, откуда они пришли, — добавил Кейб. — Ты хочешь пойти за ними, или это лучше сделать мне?

— Я пойду за ними. А ты выясни, чьих это рук дело, хотя, я думаю, мы оба это и так знаем.

Он ничего не ответил. Скорее всего, она была права. Когда по Мэнору бродят крошечные человечки, сделанные из прутиков, или бронзовые статуи превращаются в большие смертоносные летающие снаряды, за всем этим может стоять только одна личность.

Деревянный человечек появился с лестницы, ведущей на первый этаж. Кейб спустился насколько можно быстро. Не было никакой уверенности в том, не наткнется ли он на еще одну крошечную фигурку. Спускаясь с лестницы, Кейб был настолько поглощен своим занятием, что чуть было не наткнулся на живую стену, приближающуюся к нему справа.

— Извините меня, господин Бедлам. Я немного задумался, а то бы я непременно заметил бы вас.

Перед Кейбом стоял Бенджин Траск. Если на свете и есть люди внушительных размеров, то он был как раз одним из них. Траск был шести футов ростом и необъятной толщины. Полное, круглое лицо, которое у кого-нибудь другого можно было бы назвать веселым, у ученого, между тем, больше напоминало лицо судьи, выносящего приговор. На нем был, как и положено ученым, плащ с капюшоном — серое, ниспадающее тяжелыми складками одеяние, отделанное золотом на воротнике, и черная мантия, соответствующая его профессии. Кроме того, Траск носил клинок, атрибут довольно необычный для человека науки, но еще в первый день появления ученого в Мэноре волшебник узнал, что тот пережил уничтожение Мито Пика, города, стертого с лица земли армией Дракона-Императора, которая вела поиски некоего молодого Кейба Бедлама. На глазах Бенджина Траска погибли его жена и ребенок. Он не мог их защитить голыми руками, да и сам еле выжил после того, как его ранили в живот. С тех пор он не снимает оружия, давая понять этим, что готов защищать вверенных ему подопечных даже ценой своей собственной жизни.

Возник вопрос: сможет ли Бенджин Траск жить среди дрейков и, тем более, учить их детей, но Король-Дракон Зеленый, который и обнаружил Траска, убедил Бедламов, что тот видит возможное будущее только в сотрудничестве рас.

Траск всегда говорил таким тоном, как будто читал лекцию, даже когда он был и не на уроке. Кейбу казалось, когда он его слушал, что он в чем-то провинился.

— Не надо нравоучений, я уже принял к сведению. Учитель быстро провел рукой по серым, тонким, тронутым серебром волосам. На лице его было выражение раздражения.

— Значит, вы видели последние достижения вашего вундеркинда. Я очень обеспокоен. Они проследовали наверх, я правильно говорю?

Кейб кивнул.

— Вся троица. Леди Гвен пошла за ними.

— Только трое? Должно быть пятеро.

Это сообщение о достижениях его сына никоим образом не радовало Кейба.

— Мы видели только троих. Траск вздохнул.

— Тогда извините меня, господин Бедлам, пока ваша достопочтенная супруга занимается теми тремя наверху, я пойду поищу оставшихся двух. Я чувствую себя виноватым. Я отвлекся, когда он потерял контроль над ними.

— Вы учили его волшебству?

Хотя у учителя и были намеки на знание волшебства, Кейб никогда не считал его в этом деле мастером. Его замечание, казалось, позабавило собеседника.

— Учить его волшебству? Ну разве только в том случае, если бы ваш мастер Аурим пожелал узнать, как поднять в воздух пушинку на три секунды. Нет, повелитель, я могу только мечтать о том, чтобы овладеть этим искусством. Если бы я был мастером в этом деле, возможно, я бы смог повлиять на исход событий в Мито Пика. Я же был только зрителем. Я думаю, что ваш сын хотел, так сказать, просто произвести впечатление на учителя. Нет, единственное волшебство, которому я могу научить, так это волшебство математики и истории.

— Ну, я думаю, мне следует поучить его концентрации и терпению… снова. Где он?

— В центре сада. — Бенджин Траск изобразил поклон, грандиозное достижение для человека его комплекции. — Извините, господин, но я не хочу, чтобы моя добыча убежала куда-нибудь наружу. Я думаю, раз этих двоих нет там наверху, то они наверняка направились в сторону кухни.

— У мисс Белимы наверняка случится припадок, если она увидит хоть одного.

Белима была крестьянкой, но управляла кухней, как своим королевством. И, учитывая те достижения, которых она добилась в этом деле, Кейб с большим удовольствием предоставил ей эту территорию в полное ее распоряжение.

— В самом деле. — И здоровенный учитель удалился, двигаясь с такой скоростью и грацией, что волшебнику оставалось только позавидовать.

За несколько минут Кейб добрался до места, где, по словам учителя, должен был находиться его сын. Аурим одиноко сидел на одной из каменных скамеек, размещенных тут и там по саду. Он сидел наклонив голову и закрыв лицо руками. Седая прядь резко выделялась на фоне длинных, до плеч, золотистых волос. На нем была такая же одежда, как и на отце, только ярко-красного цвета.