Шрифт:
«Желание в бокале сработало — он мое чудо…»
Мы просыпаемся вместе. Я на его груди, а когда поднимаю сонный взгляд, замечаю, что Макс тоже уже не спит. Лежит, закинув руку за голову, пялится в потолок и о чем-то думает.
— Привет…
— С добрым утром, котенок, — улыбается, убирая волосы с моего лица, — Как спалось?
— Просто прекрасно, — утыкаюсь носом ему в грудь и усмехаюсь, — А тебе?
— Еще лучше. Амелия…
— М? — поднимаю глаза, сталкиваясь с его серьезным ответом, и тушуюсь, — Что такое?
— Мне надо уехать.
— Что? Надолго?
— До вечера. Прости, это очень срочно, я ждал, пока ты проснешься.
— Что-то случилось?
— Нет, — усмехается и садится, потирая глаза руками.
«А мне кажется, что да…»
— Хорошо?
— Это вопрос?
— Мне кажется, что ты…врешь.
Признание заставляет его обернуться, и на секунду я, кажется, вижу подтверждение, но оно быстро уходит. Или его вовсе не было?
— Ничего не случилось, — спокойно отвечает, — Это касается нашего плана. Появилась кое какая возможность, и я хочу ей воспользоваться. Не обидишься?
— Нет.
Конечно мне обидно, конечно я вру, и конечно он это понимает, но у нас нет другого выбора. Логично, что если есть возможность побыстрее со всем покончить, надо ловить ее за хвост. Ведь чем быстрее все кончится, тем быстрее мы сможем жить спокойно. Поэтому я стараюсь улыбаться, когда мы привычно прощаемся в дверях…
— Приготовишь ужин?
— Да, — уже со смехом киваю, а он хитро добавляет.
— А оденешь кое что, если я это привезу?
— Что же ты собираешься привести?
— Увидишь. Это да?
— Ладно.
Макс нежно целует меня и уходит, а я закрываю дверь. Иду обратно в гостиную, где не помешает собрать тарелки. Правда планы мои летят к черту, когда я вдруг слышу поворот ключа в замке. Улыбаюсь шире.
«Наверно, он что-то забыл, а может и вовсе ему не нужно уезжать?» — подрываюсь и сразу иду встречать.
Конечно же. Я всегда его встречаю, если не злюсь, но стоит мне выйти из-за стены, как я застываю. Все мое тело покрывается колючими мурашками, меня бросает в холодный пот, а воздух становится гуще самой гадкой каши. Потому что это не Макс. На пороге стоит его отец.
Я теряюсь. Не знаю, что мне делать абсолютно, а глядя на рождение улыбки на этой мерзкой роже, и вовсе весь мир летит в тартарары…
— Какие люди… — тихо протягивает, плавно расстегивая пальто, — Здравствуй, Амелия.
Глава 23. Любовница. Амелия
18; Январь
— Здравствуй, Амелия.
«Что…?» — я даже про себя орать не могу, настолько в шоке.
Властелин мира кайфует. Он снимает с себя черное, шикарное пальто и по-хозяйски открывает шкаф, откуда достает вешалку.
— Как отметила Новый год?
«Почему он так спокоен?!»
— Я думаю, что ты спрашиваешь себя о многом, — тихо, играючи протягивает, а потом оборачивается ко мне, застилая собой весь мир.
— Я люблю капучино с двумя палочками корицы.
Эта фраза так жестко резонирует в моем мозгу, что когда он делает шаг, я резко дергаюсь назад и врезаюсь в угол спиной. Больно очень, и внутри я шиплю, но снаружи лишь тяжело и часто вдыхаю. Властелин тормозит, но не потому что беспокоится за меня — он играет, смакует и наслаждается. Вижу это по глазам…
— Если вы меня коснетесь, я…
— Стоп, — снисходительно кривится, — Я никогда не брал женщин против их воли. Я не Ревцов, и меня это абсолютно не возбуждает, так что все, что ты себе вообразила — сноси.
— Зачем тогда вы пришли?
— Поговорить.
— Я не хочу с вами…
— Поверь мне, Амелия, этот разговор тебе будет очень интересен…
Александровский проходит вглубь квартиры, засунув руки в карманы брюк и не разуваясь. Конечно, чего от него еще ждать?! Но я хотя бы могу дышать, когда его фигура скрывается из поля зрения, правда такой расклад вряд ли в его духе. Ему хочется властвовать всегда и везде, поэтому тут же сжимает новое кольцо напряжения вокруг моей шеи, крикнув.
— Кофе. И оденься, дорогая, по-приличней. Я могу счесть твой вид провокацией…
«Не сочтет, просто хочет, чтобы я делала то, что он хочет…» — понимаю, но все равно бегом несусь в свою спальню, чтобы сменить легкое платье на бадлон под подбородок и джинсы.
Мне самой претит его взгляд, от которого хочется единственное что, так это отмыться под обжигающим, контрастным душем.
«Чего он хочет?!» — без понятия, но мне не нравится все это. Очень не нравится…