Шрифт:
— Флаг в руки. Но может ты сначала оденешься?
— Может быть и оденусь, — ядовито саркажу, вызывая у него улыбку.
— А я могу поесть, пока ты будешь читать?
— Можешь и поесть.
Встаю на ноги и уверенно иду в свою комнату, правда в спину получаю еще одно «пожелание».
— А ты можешь одеть ту пижамку? Розовую.
Останавливаюсь в арке, и как бы я не пыталась, не могу сдержать улыбку, хотя голос все равно строгий. Да-да! Именно так! Честно-честно!
— Может быть и одену.
02:02
«Контрацептивный укол для женщин — один из самых эффективных методов предупреждения беременности. Это достигается по средством гормонального препарата, обеспечивающего противозачаточный эффект на протяжении 3 месяцев, но рекомендовать его использование может только врач.»
«Та-а-ак…» — листаю список достоинств этого вида контрацепции и хмурюсь.
У меня вообще не было никаких симптомов, описанных там. Если бы он мне не сказал, я бы и не поняла, если честно.
«Но вообще действительно, похоже, крутая вещь…» — пить таблетки не надо, эффективность высокая 98–99 %, - «Никаких презервативов, что очень-очень важно!»
И тут мое сердце пропускает удар. Не может же все действительно быть так шоколадно, да?
«После окончания использования препарата, зачатие ребенка возможно не сразу. На полное восстановление этой способности требуется от 5 до 24 месяцев.»
— Тут написано, что я не могу иметь ребенка.
— Логично, — кивает, поедая крабовый салат, — Это ведь контрацептивы и…
— Нет, ты не понял! Тут написано, что я не могу иметь ребенка! И не смогу, пока не восстановлю эту способность! Макс! Ты…
— Так, спокойно!
Предотвращая новую волную паники, он убирает тарелку и поворачивается ко мне, серьезно, даже немного строго, смотрит и в похожем стиле говорит:
— Да, тебе потребуется восстановление…
— Но…
— НО! — теперь с нажимом перебивает он, — Только потому что нужно время вывести препарат из организма. У тебя нет никаких противопоказаний, я все проверил, и я ни разу не слышал, чтобы после уколов женщина не смогла забеременеть. Пожалуйста. Не паникуй.
Слезы все равно скатываются с глаз, и я сразу же оказываюсь в теплых объятиях. Макс откидывается вместо со мной на спинку дивана и дает мне время прийти в себя, гладит по спине, оставляет поцелуи на макушке, а потом тихо шепчет.
— Малыш, ты считаешь, что я бы сделал что-то, что тебе навредит?
— Нет, но…
— Если существовал бы риск, я бы этого не сделал, но я абсолютно уверен. Просто так проще. Поверь.
— Я тебе верю.
— Тогда успокойся. Вообще не понимаю с чего вдруг такая бурная реакция?
— Я испугалась!
— Это я как раз понял, но ты слишком утрируешь. Тебе известно, что я не причиню тебе вреда, — фыркает и снова берет свою тарелку, уставившись в экран.
— Но можно было обойтись и без этого, или хотя бы мне сказать! Я должна была это решать! Вдруг завтра я проснусь и захочу ребенка?!
— Пф, ну конечно…
— Я серьезно!
— Амелия, закрыли эту глупую тему.
— Почему это глупую?!
— Потому что дети не нужны ни мне, ни тебе. И не надо отрицать, — холодно чеканит, глядя мне в глаза, — Еще раз повторю: тебя даже стошнило от страха.
Фыркаю на этот раз сама и подтягиваю ноги к груди. Суплюсь.
«Так то оно так, конечно, но все равно…Страшно как-то потерять возможность иметь ребенка…»
— Малыш, пожалуйста… — тихо шепчет, приближаясь и целуя меня в коленку, — Давай не будем, ладно? Я поступил неправильно, что не сказал, но без злого умысла. Мне же известно, что ты не против таблеток, а это просто лучше. М?
«Снова прав…» — смотрю на него нехотя и киваю слабо. Сдавать позиции так быстро мне не сильно хочется, но и ссориться тоже. Особенно сейчас.
— Тогда поцелуй.
И я целую. Невзначай, но целую. Макс на меня не давит, хотя все понимает, только тихонько усмехается и в третий раз берется за еду, а потом также невзначай вдруг говорит.
— Кстати, пока ты искала розовую пижамку для меня, заходил Дед Мороз.
«Чего?!»
— …Заглянула бы под елку.
Резко перевожу взгляд на дерево, где сразу замечаю внушительную, зеленую коробку. Мне, естественно, интересно, но я продолжаю сидеть, и только после того, как он мягко добавляет: