Я положил лоб на руки, пробормотав сквозь вырвавшийся зевок:

— Тогда почему мы живём всё в том же доме?

— Это дом моего мужа, внук.

На её лицо набежала тень, и я не решился расспрашивать дальше, не желая напоминать о потере близких.

Хотя у меня не так уж мало живых родственников. У бабушки есть отец и брат, у которого есть свои потомки. Есть дед и бабушка по линии мамы со своими родственниками. Просто я их всех не особо знаю.

По материнской линии родня на другой половине Венеры. А родня по бабушке на Земле, и, по-хорошему, пока я тут, стоило бы навестить, познакомиться. Но когда? Всё же, мы тут по делам. Да и, такое ощущение, что они не стремятся с нами общаться. К тому же, это слова бабушки, а как оно там на самом деле — неизвестно. Люди часто неоправданно пристрастны.

Мне самому никогда не хотелось лишних вопросов о своих странностях. Стану постарше — постараюсь навести со всеми мосты сам.

— Собираемся? — ещё раз зевнул. — Возможно, завтра продадим больше…

— Не сомневайся, внук. Продадим.

Она оказалась права: на следующий день народ потихоньку потянулся на края ярмарки, и товар стал расходиться. Ещё через неделю мы продали половину своих кружек, и я таки сторговал обломки пилотного костюма за семьсот монет.

Уже не зря прилетали, так что расслабился и стал спокойно продавать свои поделки, с нетерпением ожидая, когда вернёмся домой, и я усядусь за восстановление костюма.

Восстановить технику будет не так уж сложно, а вот с программной частью придётся пострадать. Впрочем, тем интереснее: будет мотивация изучить что-то новое. Да и запредельно сложного там быть ничего не должно. Оно в любом случае стандартизировано с управлением настоящей мехой, иначе в таком продукте мало смысла для военных. А там весь софт у меня есть, хотя и старый.

Барахолка действительно оказалась кладезем интересный вещей. Я купил дюжину древних кристаллов, на которых может быть что угодно, комплект старой формы, высокие ботинки и ещё кучу мелкого хлама под восстановление.

На душе благодаря продажам царил мир, покой и гармония. Товар уже расходился исключительно в фонд моего будущего подключения к сети, и я даже немного поднял цены. Судя по всему, мы продадим большую часть.

К сожалению, понял, что большой бизнес построить не получится: за время хождения по ярмарке я нашёл четыре варианта подобных термосов и кружек. Два из которых значительно дешевле, чем я предлагаю. А немного пообщавшись с продавцами, понял, что у них под боком больший запас своего сырья. Не вывезу я конкуренцию с теми, у кого в распоряжении сотни и тысячи тонн коралла.

Да мне и не нужно, откровенно говоря. Наторговался в прошлой жизни, больше не тянет. Это всегда было больше просто источником дохода, чем призванием. Денег, которые я тратил на развлечения, выбирая максимально тревожащие: от стрельбы до прыжков с парашютом. Удивительно, я пережил восхождение на Эверест, за которое уплатил большую сумму, а умер по вине лопнувшего колеса и спящего водителя фуры…

Торговые ряды потихоньку опустели, и я начал перемещать товар в сейф под прилавком. Весь не влезет, так что возле стоят две сумки и рюкзак, которые понесу в гостиницу. Полчаса сборов, и я надел свою сбрую из вещей, завистливо смотря на бабушку, у которой в руках лишь небольшая сумочка.

— Что, внук, тяжка судьба торговца? — хмыкнула родственница. — Может тебе помочь?

Я раздражённо пропыхтел, с трудом таща баулы.

— Спасибо, сам!

Однажды как-то принял помощь. Она со смехом отложила пару кружек в свою сумку и, на мой офигевший взгляд, только величественно отмахнулась со словами: «невместно пожилой даме тяжести носить». И усмехнулась.

Вот такая вот «школа жизни» от Анны Павловны. Раз ты всё придумал, организовал и получишь основную прибыль, то и всю тяжесть неси сам. Дражайшая родственница вместо моих хотелок про сеть предлагает построить или купить аэрокар. Лучше — купить. Это надёжнее и красивее.

Так что мы не сошлись во мнениях, и теперь она отыгрывается за всё хорошее. Нет, я не спорю, машину тоже хочется. Однако мне летать по возрасту нельзя, а она выбирается из родного городка, дай бог, пару раз в месяц.

Странная, конечно, дыра в правилах. Летать на крыльях можно с девяти, а водить машину с шестнадцати? Разумеется, угробить машиной других легче, чем своим телом, но всё же… Неудивительно, что тренер в секции полётов, в итоге, избавился от малолетки. Проблемы никому не нужны.

Хотя сейчас машина бы пригодилась. Тащить наше барахло мне пришлось более километра до стоянки.

— Взял бы ты тележку… — с лёгкой жалостью протянула бабушка, когда мы, наконец, оказались возле автобуса до гостиницы.

— Завтра возьму, — раздражённо запихивая сумки в багажник, буркнул я.

— Ты это и вчера говорил, и позавчера…

Ответил ей улыбчивый молодой парень, также размещающий свой товар:

— Да сколько там нести, всего ничего. А тележка десять рублей стоит!