— Стойте смирно, — прошипела библиотекарь, — если не хотите закончить с кашицей между ушами. Я помогаю вам.

Затаив дыхание, я заставила себя не двигаться, даже когда странные голоса загудели у меня в ушах. Перед моим взором закружились образы языка фейри. Я ахнула, когда в мои мысли ворвался ошеломляющий объём информации: каждая из сорока двух букв алфавита, важность непроизносимой буквы «П» и пять слов, обозначающих магию.

Затем, так же внезапно, как и начался, поток информации замедлился до тонкой струйки. У меня закружилась голова, и я вцепилась руками в стол, стараясь не упасть в обморок.

Библиотекарь подтолкнула ко мне книгу через стол.

— Ну, а теперь вы можете это прочитать?

Мой взгляд скользнул по тексту, и в фокусе оказался заголовок. «Краткая история фейри».

«О, мои боги. Я могу читать по-фейрийски?»

— Ава? — Торин вышел из-за угла книжных полок, неся большую деревянную коробку. — Это все записи о рождении в Стране Фейри за двадцать шесть лет назад… — он замолчал и уставился на меня. — Мадам Писботтом, — произнёс он мертвенно-тихим голосом, — что вы с ней сделали?

Её лицо побледнело, и она пробормотала:

— Просто обычный протокол безопасности. Мы не можем допустить, чтобы книги украли.

— Я возьму на себя личную ответственность за любые книги, которые будут повреждены или утеряны. Но клеймить моих гостей никто не будет.

Ледяной воздух пробежал по моей коже.

— Простите, ваше величество, — сказала она, запинаясь на словах.

Внимание Торина было приковано ко мне. Он быстро произнёс ещё одно заклинание, и мгновение спустя кожа на моём лбу вспыхнула жаром, затем остыла.

— Вот так. Я снял клеймо, — он глубоко вздохнул. — У меня есть все записи о детях, родившихся в одном году с тобой, но у тебя есть хоть примерные представления, каково твоё имя фейри, Ава?

Я покачала головой.

— Понятия не имею. Но я, скорее всего, родилась в мае, если это поможет.

Библиотекарша пододвинула к себе коробку.

— Если позволите, ваше высочество. Это моя область знаний, — она продолжила под нос: — Девочка, родившаяся в мае…

Казалось, ей не терпелось оправиться от инцидента с клеймением. После минутной перетасовки она вытащила два длинных архивных футляра, наполненных маленькими серебристыми карточками, и пролистала их с ошеломляющей скоростью.

— Что ж, давайте посмотрим, — пробормотала она и замолчала. — Вот несколько, — она протянула Торину подборку карточек. — Но, конечно, это был год резни… — её голос оборвался.

Торин повернулся, чтобы посмотреть на меня, и выражение его лица внезапно стало отсутствующим.

— Ава. В каком именно месяце тебя нашли?

— Август. Почему?

Торин и библиотекарь взглянули друг на друга, что-то невысказанное промелькнуло между ними, и молчание сделалось каким-то оглушительным.

Библиотекарша откашлялась.

— Месяц резни.

Ужас расцвёл в пустотах моего разума.

— Что ещё за резня? — спросила я.

Она снова откашлялась, затем сказала:

— Мы не должны произносить их имени.

— Это из-за монстров, о которых ты упоминал, Торин? — его родители погибли, когда ему было три года, от рук этих монстров, но он так выразился, будто это была долгая, медленная смерть. Не началось ли всё с этой резни?

Выражение лица Торина потемнело.

— Да. Возможно, наши родители были убиты одними и теми же зверями.

— В ту ночь погибло много дворян, — сказала библиотекарь. — Но они бы не отдали ребёнка на усыновление. И множество слуг тоже погибло. Я могла бы поискать в записях жертв, не рождались ли у них девочки за несколько месяцев до этого, но о детях, родившихся в семьях прислуги, не очень хорошо известно.

Естественно. Не в этом мире.

У меня сдавило грудь. Вероятно, именно это и случилось тогда с моими родителями, но я всё сильнее раздражалась из-за нехватки информации.

Торин кивнул, и библиотекарь начала листать другую пачку серебристых карточек, качая головой и бормоча что-то себе под нос.

— Хм… нет. Никаких девочек, родившихся в мае от убитых родителей, — она посмотрела на короля и пожала плечами. — Но… конечно, это было такое хаотичное время. Даже если бы у нас имелись записи о слугах, некоторые из них были бы утеряны.

В моём животе образовалась пустота, но теперь я была уверена, что мои родители убиты этими ужасными тварями.

— Мне жаль, Ава, — сказал Торин. — Мы будем продолжать поиски.

Но мои мысли уже кружились от кошмарных видений монстров, которых никто не называл по именам.