— Обычно эти шоу работают не так, — произнесла я. — Камеры расположены так далеко.

— Я король Страны Фейри. Я не позволю им вторгаться в мою личную жизнь больше, чем они уже сделали. Я отказался носить микрофон или позволять им следить за мной двадцать четыре часа в сутки. Они могут снимать меня на расстоянии и получать своё развлечение. Я получу деньги, которые мне нужны. И скоро всё это закончится.

Я захлопала ресницами, глядя на него.

— Ты такой романтичный. Звучит как свадьба мечты любой девушки.

Торин лукаво улыбнулся мне.

— Но ты ведь совсем не такая, как все девушки, не так ли? Ты зареклась любить, точно так же, как и я. Мы оба знаем, что любовь не накормит нас зимой, когда посевы скуёт льдом, и она не наполнит желудки наших детей, когда они умирают с голоду.

— Я не могу не согласиться. Любовь — это для идиотов. Но ты знаешь, если бы тебе понадобилось больше детей, ты всегда мог бы снова начать красть людей.

Он придвинулся ко мне поближе.

— Ах, подменыш. Но мы же уже давно решили, что всё связанное с человеческим миром не стоит таких усилий. Слишком много хаоса.

Я снова взглянула на камеры.

— Должно быть, это раздражает — нуждаться в них.

Торин взял меня за подбородок, затем провёл большим пальцем по моей нижней губе. Это ощущение вызвало во мне запретную дрожь удовольствия.

— Как только дело будет сделано, нам больше ничего не понадобится от людей, — он наклонился ближе, шепча мне на ухо. — Три недели на троне, подменыш — это всё, что для этого потребуется. Наши земли будут восстановлены, и наши миры разойдутся в разные стороны. Так, как всегда должно было быть.

В его тоне звучал намёк на сожаление, или мне это показалось?

Торин отстранился от меня, сунув руку в один из своих карманов. И когда он отступил назад, я почувствовала, как его тепло уходит.

Пронизывающий зимний воздух напомнил мне о магии Торина, и я повернулась к нему.

— У меня есть к тебе вопрос, Ваше Величество. После того, как я приготовила для тебя Манхэттен, твоя магия кое-что сделала со мной, — я подняла запястье и закатала рукав, затем указала на отметину на своём запястье. Размером примерно с отпечаток пальца, она была бледно-розового цвета с белой кромкой… как обморожение. — Что это? И почему это не проходит?

Тени скользнули в его глазах, когда Торин уставился на отметину. И хотя это казалось невозможным, я почувствовала, что воздух становится ещё холоднее.

— Иногда, когда я очень устаю, я теряю контроль над своей магией, — он встретился со мной взглядом, и его неестественно голубые глаза, казалось, полностью поглощали меня. — Этого никогда больше не повторится, Ава.

Мне казалось, что в тишине между нами растут шипы. Он чего-то мне не договаривал.

Но прежде чем я успела расспросить о подробностях, Торин повернулся, чтобы уйти от меня.

— Ты хотела посмотреть троны. Так давай посмотрим на троны.

Очевидно, я разозлила его, но чтоб мне провалиться, если я понимала, как именно это случилось.

Торин подошёл к огромной дубовой двери, обитой чёрным металлом, и распахнул её. Аэрон и Шалини последовали за ним, и я поспешила догнать их.

Торин повёл нас по ряду коридоров, пока мы не достигли зала, где из центра каменного пола выступали два трона. Один больше другого, они казались высеченными из цельного куска мрамора, белого с тёмными прожилками.

Я указала на больший из двух.

— Этот принадлежит королю? — спросила я.

— Этот принадлежит королеве, — Торин повернулся ко мне, приподняв бровь. — Магия королевы фейри более могущественна, чем магия короля, и она — та, кто снова принесёт жизнь на эту землю.

Мне казалось, что трон отталкивает меня — странное чувство страха предупреждало меня не приближаться. И всё же я не могла оторвать глаз от этой пары.

— Очаровательно, — сказала я, обходя троны.

— Как давно они находятся в замке? — спросила Шалини, пока её шаги эхом отдавались от каменных плит.

— Троны были здесь ещё до основания Королевства Благих, и замок был построен вокруг них. Мы верим, что они сделаны из скальной породы под нами. Некоторые резные изображения вокруг замка свидетельствуют о том, что наши самые ранние предки считали камни представителями богов. Некими неподвижными ангелами. На протяжении тысячелетий их обтачивали и высекали резьбой, чтобы ещё больше усовершенствовать.

Шалини протянула руку, чтобы коснуться одного из них, и Аэрон нежно взял её за руку.