— Готовьте десант! Нужно разведать местность и понять, что произошло. Передайте на фрегат «Восток», чтобы прикрывал с моря высадку.

Прошло не менее двух часов, пока три яла, каждый с небольшой пушкой на носу, подошли к берегу. Солдаты быстро рассредоточились, а десяток казаков шмыгнул в прибрежные заросли.

Еще три часа ничего не происходило. Казаки не спешили возвращаться, а солдаты охраняли лодки, некоторые уже начали собирать дерево для розжига огня. Время обеда. Елагин сомневался в нужности палить костры, запах дыма разносится на еще большее расстояние, чем звуки человеческой речи, но прошедшее время убаюкивало бдительность.

— Ваш высокобродь! — к пьющему чай за столиком у рулевой мачты Елагину подбежал матрос. — Там с берега машут!

С некоторой ленцой Иван Фомич поднялся, подобрал свою зрительную трубу и подошел к правому борту. Леность быстро выветрилась, когда командующий увидел странных людей на берегу, стоящих рядом с казаками.

Это были странные люди, сплошь покрытые растительностью. Казалось, что у них нет и глаз, настолько аборигены имели густые бороды. Рядом с этими людьми были большие и такие же лохматые собаки, на вид весьма агрессивные.

— А это кто? — задал сам себе вопрос Елагин и пристально всмотрелся в зрительную трубу.

В человеке, который был так же бородат, но сильно меньше остальных аборигенов, Иван Фомич узнал одного из матросов пакетбота «Япония» Федьку Сапина. Этот балагур и забияка был довольно известной личностью в Охотске, славился своей силой и ухватками подлого боя. Также он был вестовым от команды пакетбота, уже считавшегося потерянным.

— Федьку доставьте мне! — скомандовал капитан и пошел переодеваться.

Если утром было довольно прохладно и Елагин надел на себя плотный шерстяной сюртук, то днем солнце стало изрядно палить, и командующий, больше привыкший к морозной погоде, ощущал дискомфорт. А в ближайшее время возможности переодеться может и не быть, уж больно интересными могут быть сведения, которые ему поведает Федька Сапин.

Через полтора часа Сапин уже рассказывал о собственных приключениях, не забывая, впрочем, говорить и о судьбе всей команды.

Пакетбот «Япония» благополучно, встретив по пути только один кратковременный шторм, прибыл к берегам острова Кунашир. Два дня корабль с чуть меньше че

ходимость высадки была продиктована еще и тем, что на корабле зацвела вода. Кто был виновен в этом, уже не было смысла разбираться, пока корабль не прибудет обратно в Охотск, но ситуация казалась почти катастрофической.

Команда из десяти казаков, которые первыми и ступили за землю острова Кунашир, сразу же натолкнулась на местных жителей. Контакт прошел вполне себе неплохо, если не считать языковой проблемы. Но те люди, которые хотят договориться, сделают это и при помощи жестов.

Команда пакетбота «Япония» не спешила в полном составе пройтись по каменистым берегам Кунашира, были опасения у Ильичева, что местные жители могли и заманивать пришлых в ловушку. Однако время шло, торговля ладилась просто великолепно, когда за железный нож можно было дня три кормить всю команду, чувство опасности притуплялось.

Через месяц Ильичев сам высадился на берег и сразу же попал в засаду… Нет, никто на него не нападал, но местные аборигены ждали, пока начальник странных пришлых людей, у которых борода, если и растет, то чесана и стрижена, придет, наконец, в гости. Вот и окружили Степана Григорьевича да повели в поселение. Казаки, как и плутонг солдат, следовали за командиром, но не проявляли особой тревоги, они уже были у айнов, именно так и звался этот народ, так что русские были привычные к проявлениям эмоций у туземцев.

Поселение айнов казалось неким экскурсом в глубокое прошлое. Сложенные из вертикально поставленных палок или тонких бревен жилища, один большой дом, где жил старейшина общины, да небольшие загоны для скота. Елагин сразу же приметил, что железо у аборигенов есть, но оно все равно в большой цене, если судить по торговым операциям. Так что? Делают железо, но мало? Или… Елагин предположил, что именно это «или». Есть те, кто торгует железом с этими людьми, кроме русских мореплавателей.

А потом, когда командующий был в гостях и всячески обласкан айну (те даже женщину Ильичеву предлагали, но капитан отказался, ибо устрашился обмазанных в черную сажу губ девушки) началась повальная паника. Айну, которых жило в поселении не более семидесяти человек, стали разбегаться в разные стороны.

Причина паники стала ясна минут через пятнадцать, когда к окраине поселения вышел отряд воинственного вида из человек пятидесяти.

Ильичев хотел было отступить и скрыться. Влезать в местные расклады капитан посчитал неправильным. Однако в первой же атаке пришлых безбородых воинов был убит один из русских солдат, что побудило к сопротивлению. Тогда русские и айны, которые увидели возможности пришлых людей, одержали победу.

Уже к вечеру община изъявила желание присягнуть русской императрице, увидев в пришлых защитниках силу, способную переломить ход войны. Да, айны воевали, они восстали против засилья японского клана Мацуи, которые вели себя с жителями острова Эдзо как завоеватели.