Бл...Я просто какой-то больной рядом с ней.

– Будешь?
– поворачивается ко мне.

Молча забираю поильник. Кажется, ощущаю на горлышке ускользающий вкус её губ. Сердце разгоняется так, будто бегу прямо сейчас, а не отдыхал уже минут пять.

– Если ты по поводу вчерашнего предложения, то ничего не изменилось. Но уверена, какая-нибудь туристка с удовольствием примет и его, и тебя, - заговорщическим полушепотом сообщает мне Гуля, когда отдаю ей воду.

– Хотелось проверенный вариант, - бормочу, слегка подвисая на том, как в улыбке растягиваются её розовые губы.

– Боюсь, я не в той форме, могу и разочаровать, - Гуля снова прикладывается губами к поильнику.

– Я не привередлив, можем даже совместить с твоими реабилитационными упражнениями, чтобы зря энергию не тратить.

Фыркает со смеху, немного обливаясь водой, и мне достается острый как бритва задорный взгляд. Но тут же затухает, от чего кажется ещё ценней.

– Пожалуйста, хватит, - мягко и тихо просит, - Смешно, конечно. Но правда обидно.

Тру переносицу, отворачиваясь. Блять...

Упираю локти в колени и разглядываю свои руки, Гуля рядышком тихо сидит. Молчим.

– Как вообще дела?
– примирительно спрашивает после паузы, намекая, что на нейтральную беседу вполне согласна.

А мне вот на хрен это не надо. Внутри кипит глухое раздражение, не видящее выхода. Она мне не подружка, она...

– Тебе с какого именно момента рассказывать?
– отзываюсь едко.

Не могу сдержаться и не напомнить ей, что в последний раз мы нормально говорили десять лет назад. Если, конечно, тот разговор можно считать нормальным.

– Просто спросила, можешь не отвечать, - тут же морозится Гулико.

И мне приходится идти на попятную. Это инстинктивно происходит. Я всего лишь не хочу, чтобы Гулька уходила, и потому, сам не замечая, перехватываю её острый локоток и подаюсь ближе, почти касаясь носом пахнущих корицей волос. У неё зрачки мгновенно расширяются, и так хочется верить, что это не от испуга.

– Я не это имел ввиду, Гуль, - сам чувствую, что голос звучит хрипло.

Она слабо дергает рукой, и я отпускаю её локоть. Пытаюсь расслабленно улыбнуться, метаясь взглядом по её порозовевшему лицу.

– Ты про личные дела или про что?
– пытаюсь вырулить обратно на разговор.

Сглатывает и отворачивается.

– Ну...- я вижу, как она чуть хмурит брови, собираясь с мыслями, - Насчет личных...Не думала, что разведешься.

Опять быстрый взгляд на меня, румянец ярче. Облизывает губы и продолжает.

– Помнится, ты говорил, что посмотрел на родителей и никогда на это не пойдешь.

Да, было такое. Правда, тогда я имел ввиду тебя, хочется мне ответить. Но я сдерживаюсь и не произношу рвущиеся наружу слова.

Как и следующие про то, что она мне говорила то же самое, но со своим идеальным гандоном- грузином Ломидзе, выбранным матерью, почему-то развелась.

Хотя спросить про это мне дико хочется. Просто на реакцию посмотреть...

Я не знаю причин их скорого развода, могу лишь догадываться, вот только Гулико вряд ли ответит. Так что вслух говорю лишь:

– Это решал не я. Катя сама ушла.

Вижу, как при звуке имени моей бывшей жены у Гули непроизвольно дёргается щека, и это приносит какое-то садистское удовлетворение. Неужели цепляет, а? Могу произнести ещё раз…Ка-а-ат-я-я…

– Почему ушла? – спрашивает Гулико, обрывая мои мысли.

– Так бывает, - пожимаю плечами и срываю травинку, чтобы чем-то руки занять.

– Бывает, но причина нужна, - Гуля тоже находит соломинку, зажимает её между нежных губ.

– Обязательно? – выгибаю бровь.

– Ага, - кивает, улыбнувшись.

– Ну…Её версия, что был равнодушным, уделял недостаточно внимания…

– А твоя?

– А для меня это было полной неожиданностью, - признаюсь, - Может и можно было догадаться, но я как-то…Не думал вообще в ту сторону.

Гуля кивает, начиная рисовать соломинкой на земле.

– Ты не выглядишь убитым горем, - замечает, скользнув по мне изучающим взглядом.

– Я не убит горем.

– Что? Прямо совсем не злишься? – удивленно выгибает бровь.

– Она такого занудного вафла себе нашла, - тру лоб, улыбнувшись, - Я ведь его знаю…Так что будем считать, что я уже отомщен.

– Хочешь сказать, что не похож на тебя? – в черно-шоколадных глазах Гули мелькает озорной свет, который заставляет меня чуть-чуть задержать дыхание.