— Думаю, очень нелегко, — согласился Мангуст. — Но всё же, дорогая, может, ты мне объяснишь поподробнее, как ты смогла ему объяснить, что надо именно прилететь сюда и сжечь наших врагов?

— Я же тебе уже сказала: он сам предложил помощь.

— В каком смысле предложил?

— Ну он спросил, может ли чем-нибудь помочь, я сказала, что враги разрушают наш замок, и их надо прогнать.

— Погоди! Я не совсем понимаю. Он спросил, ты ответила… Ты что, можешь с ним разговаривать?

— Конечно! А иначе я бы у него в замке померла со скуки. Он знает много интересных историй и рассказывал их мне долгими вечерами, когда я у него гостила.

— Охренеть… — прошептал Мангуст.

— Что любимый? — переспросила принцесса.

— Ничего, всё нормально. Говорю, что это просто невероятно. Никогда бы не мог подумать, что дракон знает интересные истории.

— Конечно, знает, он ведь дольше всех живёт в этом мире и многое повидал. Жаль только, что теперь ему без меня очень плохо.

— Это он тоже тебе сказал?

— Да. Когда меня нет поблизости, он очень скучает, не находит себе места и не может уснуть. С тех пор как я его покинула, он ни разу не спал.

Михаил призадумался. Ему в голову пришла совершенно дикая идея, но в последнее время он повидал невероятное множество разной дичи и вполне допускал, что в Золотом Мире сработать может что угодно. Мангуст притянул жену к себе, поцеловал и прошептал ей на ухо:

— Любимая, кажется, я знаю, как решить его проблему.

— Знаешь? — удивилась Изабелла. — И как же?

— Почему бы ему не перебраться жить к нам? Выделим ему часть замка, если надо построим для него специальное жильё. Пусть живёт рядом с нами. Я, конечно, буду ревновать, но что поделать. Жалко его.

— Не надо ревновать! — рассмеялась принцесса. — Он меня очень любит, но как отец или дядя. Он ведь старенький. И я его люблю как дядю. И мне очень нравится твоя идея. Это было бы здорово. Я сейчас ему предложу этот вариант.

Принцесса побежала к дракону, а Мангуст уже начал прикидывать, какие преимущества ему сулит такое возможное соседство и какие проблемы. Риски, конечно, были, но сторожевой дракон в замке перекрывал любые возможные издержки.

Изабелла общалась с драконом около пяти минут, затем вернулась и сказала:

— Он согласен перебраться к нам в замок и даже пообещал охранять его от врагов. Но у него два условия: ему нужна отдельная башня, и она должна быть изнутри полностью отделана золотом.

Михаил аж присвистнул, выслушав пожелания дракона.

— Башня не проблема, — сказал он. — Но где мы столько золота найдём?

— Золото тоже не проблема. У дракона его полная пещера. Можно брать сколько надо.

— Только на отделку? А на закупку материалов?

— Да на что угодно. Он не раз мне говорил, что оно ему не нужно в таком количестве.

— Ага, не нужно, — усмехнулся Мангуст. — А чего же он тогда народ сжигает пачками, который к нему за этим золотом приходит?

— Так они приходят и пытаются его убить. Просто пришли бы да попросили по-хорошему. А они просят по-плохому.

— Ты приходишь и просишь у меня золото, но ты делаешь это без уважения, — Михаил процитировал с некоторыми изменениями известную фразу и усмехнулся. — Что ж, если золота достаточно, то не вижу причин тянуть. Давайте строить башню. Как только восстановим замок, примемся за неё. За золотом когда можно народ прислать?

— Сейчас узнаю.

Изабелла снова пошла к дракону, они немного пообщались, после чего суровый непись протянул морду совсем близко к принцессе, и она погладила его по носу. Затем дракон взмахнул крыльями и улетел, а Изабелла вернулась к мужу.

— Он сказал, что за золотом можно прийти в любой момент, но прежде, чем строить башню, надо показать ему место. Мы сейчас выберем, а он вечером прилетит посмотреть.

Пока Мангуст общался с принцессой и драконом, пожар на территории замка почти закончился, и можно было уже возвращаться, чтобы оценить размах бедствия. Когда Михаил с Изабеллой вошли на территорию внутреннего двора, там уже находилось довольно много подданных Его Величества. Кто-то пытался тушить остатки пожара, кто-то разгребал завалы, а кто-то просто суетился без какой-либо цели.

Народу было довольно много, и с каждой минутой появлялись всё новые и новые подданные. В отличие от высокоуровневых неписей, вроде Ричарда или Изабеллы, которые возвращались в игру после респауна в строго определённом месте, обычные жители королевства: воины, рабочие, слуги возрождались на том месте, где погибли. В течение суток каждый рядовой непись мог возродиться трижды: первый раз через минуту после гибели, второй — через час, третий — через сутки.

Так как мало кто из защитников замка успел уйти на респаун в третий раз, уже через час после окончания боя большинство подданных короля Ричарда были в строю. А вот самого монарха нигде не было видно. И все жители королевства, с неподдельной радостью приветствовавшие принцессу Изабеллу и маркиза Мангуста, интересовались, где их король. Принцесса и так очень расстроилась, не найдя отца, а все эти вопросы окончательно вывели её из равновесия — она поникла и перестала радоваться восстановлению замка.