Я нахмурилась.

— Это было давным-давно.

— У этих слов не было срока давности, когда я сказал это, и до сих пор нет.

Я вздохнула.

— Ага, неважно.

— С кем, по-твоему, ты разговариваешь? — почти прорычал Райдер.

Я моргнула.

— С тобой.

— Ты уверена, что понимаешь, что это я, потому что, когда я говорю, что собираюсь трахнуть тебя, я говорю серьезно. Ты ведешь себя так, будто кто-то другой обещает тебе это. Ты же знаешь, я довожу до конца то, что обещаю.

Я склонила голову набок.

— Прошло несколько месяцев, может быть, я забыла.

— Ты забыла, каково это, когда я трахаю тебя, или забыла, каково это быть моей?

Не задумываясь, я ответила:

— И то и другое.

В глазах Райдера вспыхнул огонь, и это заставило меня отступить назад, но он, словно животное, последовал за мной.

— Я думал, что ясно дал понять — ты моя, Бранна.

Я нервно сглотнула, продолжая пятиться от Райдера, который все еще медленно приближался ко мне, словно хищник, выслеживающий свою добычу.

— Повернись и нагнись, — приказал он. — Сейчас.

Мой пульс участился, когда возбуждение потекло по моим венам.

— З-зачем? — спросила я, не в силах скрыть дрожь в голосе.

— Затем, — прорычал он, расстегивая пряжку ремня, — что я собираюсь хорошенько напомнить тебе, кому ты принадлежишь, и когда я закончу, ты больше не будешь сомневаться в этом. А теперь повернись. И. Нагнись.

Святое. Дерьмо.

Я повернулась так быстро, что поток воздуха ударил мне в лицо, и у меня перехватило дыхание.

— Хм-м-м, — промычал Райдер. — Ты уверена, что не помнишь ощущения меня внутри твоей сладкой киски?

— Уверена, — выдохнула я.

Мой клитор пульсировал так сильно, что это причиняло боль.

Я почувствовала, как он схватил резинку моих пижамных шорт и трусиков. Он медленно стянул их вниз, и я зашипела, когда его ногти царапнули мою кожу, но их заменил его теплый, влажный язык, успокаивающий жжение нежными прикосновениями.

Я открыла глаза, почувствовав, как он схватил меня за волосы. Потянувшись вперед, я вытерла пар с зеркала в ванной и уставилась на Райдера, который стоял позади меня, не сводя с меня глаз. Секунду спустя мои волосы рассыпались по плечам, и я поняла, он схватил меня за волосы, чтобы снять резинку для волос.

— Ты понятия не имеешь, что бы я с тобой сделал, если бы у тебя сегодня не было работы, — пробормотал он с горящим взглядом. — Ты бы не смогла сидеть.

Я ничего не могла с собой поделать, мои зрачки расширились, и это заставило Райдера ухмыльнуться.

— Бранна. Бранна. Бранна, — пробормотал он. — Что мне с тобой сделать?

Я сглотнула.

— Заставь меня кричать.

— Это, — ухмыльнулся он, — я могу сделать.

Я подпрыгнула, когда он прижался ко мне и осторожно раздвинул мои ноги, насколько это было возможно, с трусиками и шортами, сдерживающими мои лодыжки. Когда удовлетворился тем, насколько я раскрыта перед ним, Райдер протянул руку, и смотря мне прямо в глаза, просунул ее между моих бедер.

— Ты такая влажная, — прошептал он, его зрачки расширились, когда он покрыл свои пальцы моей влагой.

Я не могла не закатить глаза, наслаждаясь его прикосновениями. Вцепилась в стойку, когда Райдер поднес свои пальцы к моему пульсирующему клитору, и вскрикнула, когда он прикоснулся к нему.

Он усмехнулся мне на ухо.

— Одно прикосновение — и ты кричишь.

Меня не волновали его поддразнивания; меня волновали только его пальцы и то, что они делают со мной.

— Ты массажируешь этот симпатичный клитор ночью, думая обо мне, Бранна?

Какого черта?

— Райдер...

— Отвечай или я остановлюсь, — сказал он, прибавив скорость, заставляя меня снова закричать.

— Да! — выкрикнула я. — Я представляю, что это ты прикасаешься ко мне.

— Хорошо, — прорычал он.

Я почувствовала, как у меня отвисла челюсть, когда трение о мой клитор заставило мое дыхание сбиться, а спина выгнулась дугой, мое сердце ненадолго остановилось, и я погрузилась в блаженство.

— Обожаю твое лицо, когда ты кончаешь, — грубый голос Райдера прорезался сквозь мое блаженство, словно сквозь дымку, — но чувствовать, как ты кончаешь, обвиваясь вокруг меня, еще лучше.

Затем он наклонил меня и без предупреждения вошел одним плавным движением. Он застонал, а я закричала, чувство наполненности и восторга поглотило меня.

Наконец-то.

Райдер медленно вышел из меня, зашипев, прежде чем снова войти на полную длину.

— О Боже, — закричала я и выгнула спину.

Руки Райдера впились в плоть на моих бедрах, когда он начал трахать меня в устойчивом ритме. Вот что он делает — он трахает меня, а не занимается любовью.

Он прорычал: