Так себе комплемент..

Как можно удерживать в себе эмоции? Они же подобны ядовитым веществам, разъедают тебя изнутри, делая ещё больше раздражённым.

Наверно, внутри у Кемаля пусто. Он просто мёртвая оболочка, потому что я не понимаю, как можно быть таким равнодушным.

Машина тормозит у одноэтажной постройки похожей на бар. В этой части города я никогда не была, но слышала о ней. Ходят слухи, что при свете дня, здесь даже телефоном светить не следует — украдут и не заметишь! Жуткое местечко.

— Твоё платье не подходит этому заведению, — смерил меня задумчивым взглядом.

— Ты предлагаешь мне раздеться? — произношу с вызовом. — Зачем ты меня привёз в эту дыру?

— Ты сама попросила уехать. — Глушит мотор и выходит из машины. — Пошли, покажу тебе чем я живу.

Интерес узнать Кемаля получше, конечно же берет верх. Что может связывать это место и Кемаля? Он совершенно не похож на местных обитателей: ни внешностью, ни складом ума. То, что этот человек очень умный, у меня нет ни единого сомнения.

Выбираюсь из его внедорожника и следую за мужчиной.

В баре пахло потом и сигаретным дымом. По центру стояло подобие ринга обнесённый металической сеткой. Вокруг стояло куча народу, выкрикивая непонятные звериные возгласы.

— Ты привёз меня в бойцовский клуб Баво? — с ужасом озираюсь по сторонам.

— С чего ты решила, что это собственность Баво? — иронично выгибает бровь.

— Потому я и у нас монополия! Если это оливковое масло, то это Дель Сарто. Если вино — то это Бруно. Если бои без правил — то это Баво. Так было очень много лет. Никто не смеет этому противится!

— И что? Уважаемые сеньоры Флоренции не против?

— Нет, конечно! — что за нелепость он спрашивает? — Все знают о неминуемых последствиях.

— Да? А вот я не знаю! — направляется к барной стойке ослабляя галстук. — Кажется пора свершить революцию.

— Кемаль, джаным(дорогой). — Мужчина по ту сторону расплываться улыбке раскрывая руки для объятий.

— Селям(привет), — Кемаль наконец-то стягивает дизайнерскую удавку и откидывает ее на деревянную поверхность. Хлопает незнакомца по плечу.

Иду за ним тенью, боясь привлечь лишнее внимание. Меня же разорвут здесь.

— Кто сегодня в клетке? — принимает от бармена стакан и делает глазок.

— Бык!

— Серьезно? — удивленно поворачивается к рингу, — как это он здесь в выходной оказался? У него же принципы.

— Не знаю, — пожимает плечами, — слюной с самого утра брызжет. Говорит день не задался.

— Не у него, одного.

— А что за милая, элитная шлюха сегодня с тобой?

Захлёбываюсь от возмущение! Жаль что между нами стойка. Я бы не жалея силы влепила ему по небритой морде! Да, как он смеет?

— Рамазан, Аллах! Это же Сандра Дель Сарто.

Незнакомец поджимает губы, мол никогда не слышал о такой, в то время как Кемаль прячет улыбку за глотком спиртного.

Ублюдок! Оба!

— Рамазан, это моя супруга, очень влиятельная личность в этом городе.

Мужчина проходится по мне липким взглядом, а я еле сдерживаюсь чтобы не схватить нож и не выколоть его глаза.

Допив напиток, мой супруг с грохотом приземляет стакан на стойку и расстегнув манжеты, обнажает вытатуированные руки.

— Только не говори что ты сейчас оставишь одну и полезешь в это «клетку».

— Именно, детка! — вручает мне телефон и направляется в самый эпицентр кровавого месива.

— Выпей. — Бармен пододвигает ко мне стакан с янтарной жидкостью. — Виски. Ирландский.

Я даже не хочу спрашивать откуда здесь ирландский виски.

— Я не пью крепкие напитки! — отталкиваю от себя стакан и забираюсь на высокий стул ища в толпе спину Кемаля.

Не рискну одна уйти отсюда. Если эти падшие не в силах отличить приличную сеньору от шлюхи, я и до входной двери не дойду.

— Я бы не советовал на трезвую смотреть бой.

— Я не нуждаюсь не в чьих советах, тем более в твоих!

— А зря! — равнодушно произносит бармен натирая до блеска стакан. Стоит отдать должное этому мужчине, не смотря на кромешный бардак, что окружает нас, его рабочее место идеально чистое. — Была бы послушной девочкой, не вляпалась бы в это дерьмо.

Двусмысленно. Очень двусмысленно.

Кстати об этом.

— Чьё это место?

— Мое. — Без замедления отвечает мужчина.