Почему бы не начать с самых простых? Таких как «Отличник Советской армии» или «Отличник ВМФ»? Вон, у отца хранился «Отличник ВВС», которым он гордился спустя сорок лет по окончанию службы. Значит, для рядового и сержантского состава, то есть, для нижних чинов и унтер-офицеров, систематически показывающих высокие образцы отличного владения оружием и другими техническими средствами, и умело применяющих их в бою с нанесением потерь противнику.

Так. Что дальше? А дальше нужно изготовить эти знаки. Стиль пусть будет единый, как в старые-добрые времена: в виде средневекового русского щита, обрамленного дубовыми листьями; в его нижней части помещались изображения, соответствующие данной специальности. Значит, пишу записку о введении нагрудных знаки «Отличный снайпер», «Отличный пулеметчик», «Отличный минометчик», «Отличный артиллерист», «Отличный танкист», а так же — для ВМФ — «Отличный подводник» и «Отличный торпедист». Носить их следует на правой стороне гимнастерки, чтобы не вносить путаницу. А вручать их станут командиры от… от кого? Да пусть хоть от командира батальона и выше. А там, глядишь, и песню сложат.

Не плачь, девчонка,

Пройдут дожди,

Солдат вернётся,

Ты только жди!

Пускай далёко

Твой верный друг,

Любовь на свете

Сильней разлук!

Наш ротный старшина

Имеет ордена,

А у меня всё это впереди.

Но ты, любовь, зачти

Отличные значки,

Которые теснятся на груди.

Хорошая песня. Но пусть она останется для мирного времени. И чтобы парням в военной форме действительно, во время службы не ордена давали, а значки Отличников боевой и политической подготовки.

— Вы считаете, что идея Жукова может увенчаться успехом? — поинтересовался я, глядя на карту.

Карта лежала прямо передо мной, на столе, а в моем кабинете сидели Рокоссовский, Шапошников и Говоров.

Нет Столетова, но морской министр снова в Крыму, лично контролирует эскадру, отправляемую на помощь моему тестю. Эскадра — название условное, всего-то три корабля, на одном из них находятся люди из Института погоды, с их «хитрым» электромагнитным маяком (или, как они его обозвали?), чтобы выйти в Дарданеллы и встретить франко-немецкий флот, стремящийся пройти проливы и оказаться в Черном море.

Омар Фарух еще два дня назад сообщил, что европейские державы, участвующие в войне, предъявили ему ультиматум. От султана требуют, чтобы он открыл проливы, а иначе Турции придется столкнуться со всей мощью европейского флота. Как я полагаю, объединенный флот уже в пути и скоро подойдет к берегам Османской империи. Турецкий флот не смог бы противостоять наступлению европейцев, а вот вместе с моей эскадрой — то вполне. Я бы на помощь султану и весь флот отправил, но смысла нет. К тому же, флот нам нужен на другом направлении.

По фильмам, виденным в прошлой жизни, заседание Ставки должно проходить так: длинный стол, за которым сидят генералы, Жуков, стоящий у огромной карты с указкой и товарищ Сталин, неспешно прохаживающийся по кабинету. Жуков должен что-то доказывать, а если его не слушали или говорили, что наступление не пойдет, а если пойдет, то не так, как задумано, сорвется, то он срывался на крик. Георгий Константинович непременно должен был заявить, что если его идею не воплотят в жизнь, то он требует снять его с должности и отправить в действующую армию в качестве командира дивизии, а то и роты. Не знаю, бывало ли такое в реальной жизни, но у киношников манера Жукова доказывать свое мнение, угрожая отставкой, превратилась в штамп.

Но генерал-полковник Жуков нынче в Кишиневе, готовит свои армии к наступлению на Румынию и сейчас я должен решить — давать ли «добро» на план, разработанный Генеральным штабом. Разумеется, коль скоро это была идея командующего Молдаванским фронтом, то Георгий Константинович тоже принимал участие в планировании операции, но основную роль сыграли Шапошников с Рокоссовским.

Возможно, и не время ещё начинать наступление, пусть и на отдельном фронте, лежавшем в стороне от остальных. И армия не до конца укомплектована, но сколько же можно ждать? Скоро грянут осенние затяжные ливни, дороги раскиснут. Упустим момент, придется ждать зимы. А ещё — нам нужна весомая победа, а не просто отражение противника. Ничто так не воодушевляет народ, как известие о том, что наша армия перешла границу и воюет теперь на чужой территории. На Малороссийском, белорусском и Прибалтийском фронтах мы такое себе позволить не можем, а вот в Молдавии, так почему бы нет?

Генерал Рокоссовский нынче старший по должности, ему и отвечать. Поэтому, он и ответил:

— Генерал-полковник Жуков готов приступить к осуществлению наступления, если мы подтянем к нему дополнительные резервы. По нашим расчетам, для наступления необходимо не менее десяти дивизий первой волны и столько же дивизий второй волны. Кроме того, необходимо содействие военно-морских сил. С адмиралом Столетовым планы согласованы, требуется лишь высочайшее утверждение.

Итого, значит, двадцать дивизий. У Жукова сейчас их пятнадцать, если считать кавалерию, значит, потребуется еще пять. Но, если просят пять, то реально придется давать все десять. А десять дивизий — это треть нашего резерва, подготовленного на наступление по центральным фронтам.

Но Жуков, он же гениальный стратег. Может, справится своими силами? Нет, глупости я думаю. Не справится. Уж на что генерал Брусилов был гениален, но после осуществления своего знаменитого прорыва в мае-июне шестнадцатого года, уничтожения австрийской армии, не получив поддержки, сам прорыв сошел на нет.

Что ж, коль скоро мой Генеральный штаб и главнокомандующий сухопутными силами предлагают толковый план, то почему бы нет?

Я подтянул к себе карту и прямо в правом верхнем углу написал «Согласен. Александр». Что ж, теперь я взял всю ответственность на себя, а там уж — как Бог даст, да наш русский солдат сдюжит.