Слезы предательски подступают к глазам, но не даю им волю. Только не сейчас.

Как всегда, беру волю в кулак, подхожу к столу неподалеку и убираю белоснежную ажурную салфетку с графина. Беру чистый прозрачный бокал тут же с подноса и наполняю водой.

Это стоит мне неимоверных усилий, потому что только замечаю, что пальцы дрожат.

Все теми же дрожащими пальцами отношу бокал и отдаю свекрови.

– Ты чего мне отдаешь? – кривится в презрительной гримасе лицо свекрови. – Сестре твоей нужна. Прояви уважение. Она все-таки носит наследника от моего сына.

Смотрю на маму мужа и стою оглушенная ее словами.

Моя сестра и муж… и у них будет ребенок? Ребенок… которого я не могу родить уже третий год.

– Я возьму, - выхватывает из моих рук бокал так называемая сестра.

Только у нее ничего не получается. Потому что мои пальцы не разжимаются. Я бы и хотела, только мои руки не слушаются меня.

– Отпусти, Элька, - нервно улыбается Зара и снова пытается выдернуть бокал с водой из моей хватки.

– Отдай, - стальным голосом требует муж.

Вздрагиваю от его интонации, оборачиваюсь на него и одновременно разжимаю пальцы.

– Отойди от нее, Эльнара, - взгляд мужа требовательный и холодный.

Он так всегда смотрит когда что-то надо сделать. Без лишних слов.

Поворачиваюсь к нему и наклоняю голову чуть к плечу. И смотрю на того, кому безоговорочно верила с самого начала. Я всецело принадлежала ему последние три года. Всегда закрывала глаза на его холодность и отстраненность.

Проявляла «мудрость» и не разрешала себе лишних слов, движений, громкого смеха даже. Потому что «молодой невестке так делать неприлично».

Получается, что пока я под «чутким» руководством свекрови училась уже как третий год быть «примерной женой» мой муженек тоже не терял время даром. Заделывать ребеночка на стороне. И не с кем-нибудь, а с той, кого я назвала «сестра».

Наши матери-то сестры, почему бы и нам не звать друг друга сестрами.

Все это осознание проносится в сознании в считанные секунды, а боль и горечь навсегда выжигают в моем сердце клеймо «предатели».

Делаю шаг навстречу Селиму.

– С праздником, любимый муж…

Выделяю голосом последние слова и, оказывается, голос у меня тверд. Пытаюсь улыбнуться.

Только вот осознание того, что мои надежды не просо рухнули, а их облили кислотой и кримировали в моем сочащемся от горя сердце, отдается ощущением ломоты во всем теле. Словно через мясорубку всю меня пропустили.

– Знаешь, лучшего подарка я бы не смогла тебе придумать подарить, - и все же в конце дрогнул мой осипший голос.

– Не придумывай, Эльнара, - надвигается Селим на меня, глаза мечут молнии.

– Конечно, не могла подарить, - ту же торжествующе отзывается свекровь за моей спиной, отчего я хмыкаю, все еще не отводя взгляда от Селима.
– Вся округа уже чуть ли не пустила слух, что мой сын бесплоден…

– Мама, - предостерегающе рычит Селим.

Только вот женщину было не остановить. И она с гордостью продолжил:

– А теперь я всех смогу заткнуть, когда родится мой внук. И будет он доказательством того, что мой сын еще как может стать отцом…

Взгляд от уже бывшего для меня мужа не отвожу. Хотя с каждым произнесенным словом его матери черная точка предательства в груди начинает расширяться. А вот лицо Селима непроницаемо. Он скрыл свои эмоции за маской холодности и отстраненности.

– … в то время как ты пудрила ему мозги и столько денег слила на свое лечение. Якобы она здорова видите ли и нужно еще немного подождать…

Свекровь высказывала теперь все копившиеся внутри обиды, а я даже не спешила противоречить ей. Мне не положено. Было. Пока была ее невесткой. А теперь не хочу ничего ей отвечать. Да и разговаривать тем более.

Неотвратимо наблюдаю и жду когда холодность Селима спадет. В какой момент он не выдержит?

– Да ты бесплодна! Никогда не сможешь родить моему сыну не то что мальчика, даже девочку, - как контрольный выстрел в самое сердце.

Я слышала эти слова не единожды. И со временем я научилась абстрагироваться от них.

Но в данной ситуации, тот яд, которым сочилось каждое произнесенное женщиной слово выжигало самое светлое, что хранила моя память за годы супружеской жизни. А я пыталась найти их в своей жизни. Сохранить в памяти, чтобы не отчаяться и не сломаться. Но Селим не попросил свою мать не бросаться такими обвинениями. Согласен с ней?

– И вправду, придумывать ничего не нужно. Живот уже есть, значит беременна долгожданным ребенком?
– бросаю злой взгляд на Зару, а та смотрит на меня испуганно.
– А то, что не от меня, - возвращаю внимание Селиму, который оказалася рядом, - это дело третье, да, муж?