Мы стояли чуть в стороне от Дальнего, на живописной поляне с небольшим, журчащим ручьём. Солнце спряталось за небольшое облако, отчего лучи света пронизывали небо яркими лучами. Полдень. Скоро должна появиться.

Не прошло и десяти минут, как полыхнул портал. В отличие от небесно — голубых, к которым я уже привык, этот был тёмно — малинового цвета с рваными краями. Как будто отражая саму суть расы дроу.

Портал развернулся и через него стали выходить эльфийки, облачённые в тяжёлые латы и с тусклыми полуторными мечами.

Десять, двадцать… Всего тридцать телохранителей.

Эя сжалась, как будто ожидая удара. Что же там за мамаша, такая, что вызывает у дочки такой страх…

Почётный караул образовал живой проход, звук лопнувшей струны слегка ударил по ушам. Секундное ожидание и сквозь мерцающую пелену прошествовала Матриарх Берензия.

На две головы выше, чем дочка, облачённая в чёрно-красное платье до самой земли, со стилизированными под пауков металлическими пластинами. То ли парадный костюм, то ли доспех. Так сразу и не отличить. Матриарх двинулась в нашу сторону. С виду она делала это не спеша. Движения мягкие, кошачьи, но если посмотреть на расстояние, которое она успела преодолеть за пару секунд, то это больше походило на боевой рывок.

Я на секунду напрягся. Матриарх Берензия выглядела очень опасным противником.

— Приветствую на землях Северной Империи, — сказал я, специально выбрав такое, обращение, чтобы напомнить ей, что она имеет дело не с отщепенцем из захолустной провинции, а с представителем огромной империи.

Матриарх смерила меня нейтральным взглядом, от которого мне стало не по себе, а учитывая, что мне приходилось на неё смотреть снизу вверх, то я почувствовал себя ещё и уязвлённым.

Ничего! Раз сама прискакала, значит, я ей нужен, от этого и будем исходить…

— Приветствую, наместник, — мягко сказала она.

Одуряющий запах клубники с чем-то резким ударил в ноздри, так же как и с Эей в первую нашу встречу, но стократ сильнее. Не прошло и секунды, как на меня обрушился шквал подобострастия. Тут же захотелось упасть на колени и униженно подползи к Берензии. Лишь бы оказаться как можно ближе к предмету обожания.

Я постарался бороться, но оказалось, что проще сказать, чем сделать. Казалось дурманящий яд распространился о всему телу, заставляя подчиняться.

Схватился за рукояти клинков и с силой сжал их. Меня затрусило. Внутри меня шла битва. Если я её проиграю, то из меня сделают, пусть и временно, послушную марионетку.

Пришлось идти на крайние меры. Слегка выдвинул клинок из ножен и провёл ладонью по острию. Сильная боль освежила мозги на пару секунд. Но словно волна откатывается и тут же накатывает обратно. Сила Берензии вернулась, как только я слегка свыкся с болью.

Всё сильнее меня придавливало к земле. В один момент я почувствовал, что меня отпускает. Дремавшая во мне сущность, почувствовала вторжение и дала отпор. Да так, что Берензия отшатнулась с лёгким вскриком. Послышался шелест доставаемых клинков дроу. Стоявшие позади меня игроки, взволнованно зашептались и тоже обнажили оружие.

— Всем стоять! — рявкнула Берензия. Из её носа, тонкой струйкой, шла кровь, — Я должна была убедиться, что меня не водят за нос.

— Убедилась? — резко ответил я.

— Более чем, — она вытерла кровь белым, с кроваво красным ободом, носовым платком.

— Ещё ждать сюрпризов? — рыкнул я. Подобная проверка вывела меня из себя, и я чуть не приказал вырезать всю делегацию.

Матриарх ухмыльнулась.

— Нет, больше подобного не повторится, — она оглядела поляну, — нам стоит переместиться в более спокойное для разговора место.

— Согласен, — кивнул я.

— Эй, Эя, проследи, чтобы воительниц покормили и обеспечили всем необходимым, — брезгливо бросила она, проходя мимо Эи, даже не оборачиваясь в сторону дочери, не говоря уже о том, чтобы остановиться и поприветствовать.

Не знаю, какие отношения приняты в народе дроу, но подобное отношение к Моей дроу, едва не толкнуло меня на прямой вызов Матриарху. Эю я считал самой важной и полезной фигурой вне клана. Не говоря уже о личной симпатии, которую Эя всё-таки завоевала. Нет, никакой физической или любовной близости, но другом я её считал на все сто процентов.

Дочь Берензии, после её слов, склонилась в поклоне и тихо сказала:

— Слушаюсь.

Берензия кинула на Эю ещё один наполненный ядом и презрением взгляд. Только сейчас я понял, на что пошла девушка, когда ей пришлось возвращаться домой и разговаривать с мамашей. Моё настроение и так далёкое от радужного, скатилось к гневу.

Дальний встретил нас тишиной, большинство жителей успели переселиться за стены Города, лишь частые патрули Бородачей скрашивали картину пустого города.

— Я слышала, что у вас проблемы с орками… — нейтрально протянула Берензия, пока мы шли вдоль опустевших улиц. Она не смотрела мне в глаза, как будто считая это ниже её достоинства.