Аптека нашлась в переулке, стиснутом двумя старыми, но крепкими двадцатиэтажками. Подняв голову, Хейн усмехнулся: видимый кусок неба был перерезан провисшими проводами разной толщины. Между несколькими окнами протянулись веревки, украшенные тряпками, лентами и подвесками. Должно быть, местные жители недавно справляли какой-то свой праздник. Впрочем, посмертное граффити на двери дома намекало, что праздник мог быть и не радостным.

Перед входом в аптеку Хейн натянул капюшон на голову. Он не собирался скрываться, но почему-то так чувствовал себя увереннее.

Фармацевт, девушка одного возраста с Хейном, мрачно окинула его взглядом белых, подведенных глаз.

— Кхем, день добрый, — парень сунул руки в карманы. — Мне бы…

— Дай угадаю: нужен линбаг, тарен, лортаб или что-то вроде того, потому что у бабушки болит голова.

— Чего?

Прищурившись, фармацевт смерила посетителя взглядом.

— Вы не за дурью?

— А по мне похоже, что за ней?

— Вообще да, что-то есть, — усмехнулась девушка. — Что вам?

Хейн потер руки и откашлялся. В последний раз он так волновался, когда предлагал Лу съехаться.

— Мне нужен тест для определения аллергии.

— Есть подозрения на какую-то группу аллергенов или общий?

— Общий.

Кивнув, фармацевт порылась в шкафу и вытащила продолговатую коробку прик-теста. Открыв ее, она проверила содержимое, закрыла и протянула Хейну.

— Инструкция по QR-коду. Рекомендую соблюдать сроки годности.

Обратно парень решил ехать на метро. Забившись в угол, он отсканировал код и углубился в чтение. Противопоказания и предупреждения занимали несколько страниц. Некоторые были довольно глупыми (например, не пить содержимое шприцов), другие оказались более полезными.

Дома Хейн тщательно протер стол, постелил чистое полотенце и вывалил десяток шприцов. Разложив их по порядку, он продезинфицировал левую руку (содержимое распрыскивателя также не рекомендовалось пить), выдохнул и вытащил крошечное лезвие. Он разлиновал кожу, пронумеровал места и нанес капли аллергенов, затем осторожно расцарапал кожу, чтобы аллергены попали внутрь.

Первые пробы прошли хорошо, но на пятом или шестом стало тяжелее. Рука покраснела, кожа припухла и воспалилась от обилия царапин. К тому же на первой царапине Хейн слишком сильно надавил на лезвие и едва не углубил лезвие наполовину в кожу. На месте царапины появилась кровь, и парень машинально стер ее.

На последнем аллергене пальцы ощутимо дрожали, на лбу выступил пот. Приставив лезвие к коже, Хейн выдохнул и с трудом нажал на него. Отбросив инструмент и опустив руки, парень закрыл глаза, уронил голову на стол и несколько минут сидел так.

Рука зверски болела, она сильно покраснела и выглядела неприятно и жутко. Хейн легко похлопал по коже, боясь растереть аллергены. Если бы он знал, что будет так больно, то начал бы с чего-то попроще. Теперь предстояло ждать: обещали, что результат будет уже через пару часов.

Чтобы не тратить время зря, Хейн лег на кровать и включил видео, но вскоре заснул. Проснулся он поздно вечером от пришедшего сообщения: Луиза сообщила, что останется у подруги ночевать, и просила не шалить без нее. Кивнув, Хейн отправил смайлик-сердечко и приказал включить свет. Подняв руку, он внимательно рассмотрел кожу. Сердце, еще недавно воодушевленно стучащее в надежде, замерло и сжалось.

Ни одной реакции. Не осталось даже следов царапин: кожа была гладкой и чистой, без единого следа.

Черт возьми!

Сев на кровати, Хейн потер нос и распустил высокий хвост, чтобы чем-то занять руки. Затем поднялся, прошел на кухню, вытащил из холодильника газировку, открыл ее и выглянул в окно, забыв про банку.

За окном царила ночь, бушевал дождь. Крупные капли стучали по пластиковому окну и стекали грязными ручейками вниз. Временами облака расчерчивали яркие молнии, из-за чего небо казалось расколовшимся камнем.

Зажмурившись, Хейн прижал пальцы к вискам и с удивлением посмотрел на холодную банку. Он уже забыл о том, что взял ее. Выпив газировку, он бросил смял банку и бросил ее в мусор. Итак, нужно было подвести итог.

«Да какой, к чертям, итог?! Аллергии нет, сыпи нет, кожа гладкая и чистая, будто ничего не было!» — истерично заорал внутренний голос.

— И это самое странное, — пробормотал под нос Хейн. Лежащий на кровати планшет включился и засветился, реагируя на звук голоса владельца. Призрачный Рон в ночном колпаке потянулся. — Рон, выключи планшет и не включай, пока не прикажу.

Ящерица кивнула и свернулась клубочком, уходя в «спящий режим». Прислонившись к узкому подоконнику, Хейн побарабанил пальцами по нему, почесал скулу, провел ладонью по шее и, наконец, сдался. Мысли в голове носились, как проклятые.