Больших деревьев в этом домене росло едва ли не больше, чем под куполом Главной башни. Но и ровных прямоугольников возделываемой земли тоже очень много. На свободных участках в изобилии рос строительный бамбук и вездесущая финиковая пальма. Чуть реже встречались сосны и платаны, деревья с облетевшей корой, но, тем не менее, живые. К слову, в столовой и на каждом этаже дома выставлена посуда для сбора финиковых косточек. Специально назначенный человек их высевает для последующей пересадки на свободные участки под защитой вала. Отдельная группа сорколинов занята поливом саженцев. В ближайших планах засадить новые, недавно вошедшие под купол земли. Здесь этот процесс называют борьбой за жизненное пространство. Собственно, Лацис в главной башне в свободное от битвы за урожай время тоже расширяет посадки.

Наши колонны двигались по узким тропинкам между садами и возделанными полями не торопясь, чтобы не напугать аборигенов своей многочисленностью. Если учесть тех, кто сейчас на посту и в рейдах, получалось в домене Общажной населения едва ли не больше, чем под куполом Главной. Вот какого лешего тогда ее называют главной, если здесь и народу больше, и производство, и ополчение мощнее? Только потому, что та расположена в центре Оазиса и поднялась выше остальных?

По всему домену глаз натыкался на червефермы, наполнявшие атмосферу под куполом специфическим запахом аммиака. Но вот что удивило, это благополучная санитарная обстановка. Проще говоря, отсутствие человеческих экскрементов под каждым кустом вокруг жилья. Канализацией здесь тоже не воняло, что при населении Дома в сотню задниц, пардон, голов и вовсе проходило по разряду чудес света. Маша и Тигран, разглядывали обстановку с не меньшим интересом, но сразу поняли, что за пояснениями обращаться ко мне бесполезно. Сам видел поселок вблизи и при свете дня впервые.

Основную массовку организаторы построили рядком на валу в виду каравана, ровно с той мотивацией, чтобы показать силу и мощь. И не напугать при этом. Группу избранных представителей пропустили по перекидному мостику к прямоугольному шатру, развернутому неподалеку от временной стоянки гостей. Рядом специально назначенные люди уже установили навес и деревянные столы. То ли для угощения после переговоров, то ли выложить товары для обмена. Потому как корзину с лепешками и тазик фруктов гостям отнесли сразу. И чуть позже мне, Гарину и двум другим поручили доставить воду, эффектно извлекая бутыли из воздуха. Справились на отлично — собравшиеся для дележки еды аборигены испытали бурю эмоций. Не столько от самого фокуса, сколько от факта, что у Владыки Оазиса на побегушках серьезные такие колдуны. И без магического зрения любому придурку понятно, что мы совсем не последние люди в здешней иерархии. Это чтобы залетные прикинули кое-что к носу, какие тут топовые воины и маги, например.

Аборигены в долгу не остались.

— Бог воздаст! — поблагодарил нас на русском почти без акцента высокий и крепкий на фоне остальных полуросликов мужик. Единственный среди всех, обладатель медного шлема и нагрудной бронепластины. Знамя с символикой Тысячеликого не оставляло сомнений в правильной религиозной принадлежности отряда. У нас были четкие инструкции — не разговаривать с чужаками. Переглянувшись с Гариным, отошли к шатру с руководством.

Да уж. Собственно караваном эту толпу в две дюжины бомжей можно назвать с большой натяжкой. Немного выправляли ситуацию три грузовых голема и один ездовой. Но при ближайшем рассмотрении магические конструкты выглядели так, словно их собрали из украденных со свалки деталей похмельные механики. Но при этом они работали!

Сами караванщики, вызывали смесь жалости и тревоги. Было заметно, что эти люди нечасто ели досыта, а жизнь их полна опасных неожиданностей. Дочерна загорелые, одетые в рванье и убогие доспехи, утомленные дорогой и раненые. Но при этом внимательный глаз постоянно натыкался на разбойничьи рожи, перехватывал хищные взгляды. Тут не следовало питать иллюзий, тем более, чужаки уже продемонстрировали, что ждет землян, застигнутых в численном меньшинстве.

Вооружение пришельцев совершенно обычное: длинные дубинки с острым граненым шипом на втулке, полутораметровые копья, в том числе пара демонических, да необычные рубачи. Подобные мы захватили у крыс — вроде мачете на солидной рукояти. Меч имелся только у военачальника, пообещавшего нам божественное воздаяние. У главы каравана — длинный кривой кинжал.

У всех воинов имелись легкие плетеные и обтянутые кожей щиты. На головах относительное однообразие — бамбуковые шляпы с подшлемником. У большинства окрашенные красной краской. У остальных — естественного цвета. На всю толпу насчитал аж два арбалетчика, явно принадлежащих к народности покойного Хосрова.

Средоточия имелись лишь у верхушки из троих человек. По градации Наблюдателя — два слабосилка и один ученик. У них же единственных имелись полноценные защитные артефакты. Роль оберегов у подчиненных выполняли нашивки из ткани или разрисованные бамбуковые дощечки. И что-то еще, вроде песчинок, вживленных под кожу — я не разобрал.

Каким чудом между всех опасностей мертвых земель проскользнули эти оборванцы, мне было решительно непонятно. На общем фоне по всем статьям выделялись три аборигена — хозяин каравана, погонщик големов и командир.

Пожилой богато одетый и мужчина расположился под натянутым пологом рядом с големами, самой ценной частью его каравана. Единственный на всю толпу обладатель пузика-арбузика. До появления еды и воды он рассматривал столпившихся на валу землян, поселок и видимую часть башни при помощи артефакта. Иногда отдавал приказы остальным через слугу-приближенного. Едва носильщики выгрузили съестное — полез лично делить. И засветил свое необычное телосложение, не карлик, но близко к тому. В комплекте шла отталкивающая физиономия властного и жадного, но хитрого самодура. Средоточие главаря стремилось к десяти единицам. Под халатом болтался «Щит веры», на поясе заметил чары «Физического щита», а на правой руке перстень, скорее всего, с оперативным запасом маны для заклинаний. За пазухой купец хранил кошель с песком и несколькими бусинами. Так, а где валюта, где казна и золотой запас? Это у него на с собой карманные расходы что ли?

Рядом с хозяином тусил погонщик-«семерка». Тощий как жердь с настолько печальным выражением лица, того и гляди на кинжал бросится, чтобы не мучится далее. Пользуясь возможностью, он активно подзаряжал конструкты, координировал мелкий ремонт и операции с грузом. Этот обладал хитрым пассивным оберегом и солидным запасом накопителей.

Командир «красных шапок» владел бронзовым оберегом, размещенным на шлеме как кокарда, да его прямоугольный бронзовый нагрудник нес печать отворота скверны.