— Так, лучше я со своими пойду фронт держать?

— А я с кем останусь? Того и гляди придется этих овцелюбов на холмах подкреплять. Чтоб до хаты не сдриснули.

— Кстати, вот. Можешь, как отличительные знаки лучшим раздать, — протянул Баталеру пять вчерашних дощечек. Ими я хотел поддержать людей Эрика, которые сейчас удерживали свою вчерашнюю позицию. Петрович думал недолго и спрятал расписные деревяшки в свою сумку без всякой благодарности. Сочтемся!

Четверо смененных нами оборванцев рванули в базовый лагерь, аж грязь из-под копыт брызнула. От кандидатов в ополченцы невыносимо смердело страхом. Вместо ловчей ямы на точке мы обнаружили наполненный грязной водой бассейн. В который продолжал вливаться ручей, подмывая стенки. Ох, не позавидуешь тому, кто будет чистить эту ловушку, когда сойдет половодье. А еще тут почти не моросило и иногда сквозь тучи пробивалось жгучее солнышко. Действительно курорт!

Нашу позицию наверху оплывшего вала обозначал жиденький ряд кольев. Зато до барьера добежать можно, появись в зоне прямой видимости серьезный враг. Может, поэтому никто нормальными укреплениями здесь не заморачивался. Хотя играть в догонялки с гончими — гиблая затея. От этой мысли нехорошо заныл шрам под лопаткой.

Мы принесли две вязанки заостренных стволов бамбука и пока щитоносец по имени Дмитрий усиливал заграждения, я поднял из оставшихся от нежити пепельных пятен несколько граммов пропущенного предыдущими сборщиками песка. Многовато тут нечисти за полдня полегло!

Естественно, сразу включил все органы чувств. Отправляться на больничную койку обратно мне не хотелось. Показал унылому подчиненному созданный накопитель, пообещав:

— Веди себя как мужик и получишь в конце дежурства. Могу «Светляка» записать, есть шанс, что усвоишь.

Парень не шибко обрадовался, но работал на совесть. От недосыпа меня начало сильно клонить в сон и даже не сразу заметил, как из-за островка молодых сосен на нас уставился тупыми глазенками бесноватый. Дистрофик в грязных тряпках приволок за спиной набитый баул. Это только на первый взгляд не бог весть что. Как правило, у этих бомжей в сумках настоящий Клондайк. Конечно, с точки зрения скромного артефактора, прожившего в этих скудных землях около месяца. Наглец понаблюдал за нами минуту и убрался назад. А вот это уже плохо! Сон, как рукой сняло.

— Дима, готовься.

Еще через минуту из сосняка выбралась троица одержимых. У двоих кроме дубинок имелись самодельные копья. Демонстративно сложили свои заплечные мешки и направились к нам с вполне предсказуемыми намерениями. Синхронные действия врагов заронили подозрения о внешнем управлении.

Шагов за десять до жиденького частокола мелкие засранцы остановились, подняв подходящие для броска камни. Для штурма этих сил недостаточно. Собрались закидать нас булыжниками? Серьезно? Этими куклами управляют не злобные духи, а подросток! Безжалостный и неопытный, но, как ему кажется, жутко изобретательный.

Пустил в ход прихваченные на всякий случай флешетты. Состязание человека-баллисты и слабосильных тупней развивалось стремительно и совсем не по плану неизвестного кукловода. Одного одержимого точным попаданием в грудь свалил прежде, чем придурки успели замахнуться для броска. Вражеский булыжник гулко стукнул в щит, другой шмякнулся в песок у моих ног. Наши квазики ответили нападавшим тоже камнями с таким же нулевым успехом. Второму противнику всадил снаряд по оперение в тощую спину, а третий, чудом увернувшись от флешетты, сбежал обратно в низину.

Одержимые медленно и некрасиво умирали в грязи, мои сорколины резво собирали пригодные для метания камни, Дима бурно радовался победе, я же внимательно следил за обстановкой. Ни секунды не сомневался, что предстоит продолжение. Взгляд то и дело возвращался к брошенным перед схваткой мешкам. Понятно, что приманка. Неизвестному горе-стратегу очень хотелось вытащить нас на открытое пространство. Любопытно, что у него в запасе: гончие или толпа упырей?

Я не угадал. Терпение у той стороны закончилось раньше нашего. Из прикрытой соснами котловины появился неполный десяток тощих фигур. Основу вражеского отряда составляли высохшие до скелетообразного состояния, обтянутые черной кожей трупы аборигенов. Те самые обитатели оскверненного кладбища, что во множестве повылазили из песка и бросились на нас вместе с гончими и големами. Как и в тот раз, вооружены эти юниты были палками, камнями и берцовыми костями с острыми сколами. Вражью силу возглавлял высокий костяной конструкт с мощными длинными ручищами.

— Ну на хер, я — сваливаю! — дрожащим голосом Дмитрий процитировал старую кинокомедию и попытался сбежать, позорно бросив щит.

— Стоять! — подкрепил приказ Убеждением, — Всех порвем!

Не зря сегодня Лидерство усвоил — Дима остался, затравленно глядя на идущую вражью силу. Сорколины преисполнились боевого духа, хоть приказ прозвучал на русском.

Жаль, с базы резервных сил ситуацию увидят, когда начнется заварушка. Ан — нет, улучшенное зрение подсказало, что к нам на выручку уже спешил небольшой отряд.

— Помощь близка! Разберем их на суповые наборы!

Высокий и нескладный голем надвигался первым, взрывая «слоновьими» ногами мокрый песок. Вот сейчас он двумя ударами снесет как спички наши заграждения… А у меня нет права на ошибку — всего один снаряд с чарами, остальные утром опрометчиво отдал ребятам. Оформил вражескому форварду награду в нижнюю часть корпуса. Сила удара заставила гиганта пошатнуться. Сфера «изгнания скверны» сработала великолепно — костяной конструкт переломился в районе талии и рухнул в грязь в облаке черных точек и искр. Щуплые скелетики вырвались вперед. За секунду до сшибки окутал себя Щитом веры и зажёг над головой мощный Благосвет, немного притормозив нежить.