— Хорошо, — сдалась она, нахмурившись, — только, пожалуйста, не заставляй его дежурить у моей спальни.

— Не переживай, Бен ночью будет спать, — я наклонился к её уху и тихо прошептал: — Не советую закрывать дверь от меня, это небезопасно.

— Так ты опять хотел заявиться ко мне посреди ночи? — прошипела она.

— Только чтобы удостовериться, что с тобой всё в порядке, милая, — серьёзно ответил я. — В случае нападения мне придётся потрудиться, чтобы взломать твою дверь, и на это уйдёт драгоценное время. Но я надеюсь, что преступники не осмелятся пробраться в дом, — не самоубийцы же они.

— Хорошо, — сглотнула она, понимая, в какой опасности оказалась, — я больше не стану запирать дверь. Но обещай, что без моего разрешения не будешь входить в комнату.

— Обещаю, что зайду туда только если ты сама попросишь об этом, — выдохнул я, представив, что когда-нибудь она сделает это. — Давай лучше обедать, я голоден. Скоро прибудет Майлз, и мы поедем в Полперро.

— Да, конечно, — вздохнула девица, направляясь к столу.

В селение мы ехали молча. Каждый думал о своём, а я просто украдкой поглядывал на жену, любуясь каждой её чёрточкой. Неужели я влюбился?! Или всё это — притяжение магии ирбиса?

Мой зверь принял Аманду как идеальную самочку для того, чтобы завести потомство. В последнее время, правда, кровь уже не вскипала так бурно от дурманящего запаха полукровки, привык, видимо. Но всё равно — меня тянет к ней не меньше и нестерпимо хочется поставить брачную метку на загривке непокорной девицы, сделать её своей, подчинить, чтобы она смела целовать и обнимать только меня. Представив на мгновение, что наш брак уже не фиктивный, а самый настоящий, я понял: именно этого я и хочу! Иви моя дочь, Аманда — жена, просто идеальный расклад. И удивился сам себе. Вот только хочет ли этого Аманда?

В деревне нас встретила куча народа, прознав, что миледи снова приедет провести ритуалы на крови. На этот раз пришлось изрядно поорать на собравшихся зевак, чтобы они расступились. Я обнял жену, прикрывая её своим телом, и мы смогли дойти до таверны, где нас ждали родители пропавших детей. Аманда, как испуганный кролик, прижалась ко мне, оглядываясь по сторонам.

— Не бойся, я с тобой, — нежно проговорил я, успокаивая жену. Даже под шубкой я чувствовал, как бешено заколотилось её сердце. — Теперь ты понимаешь, что тебе нужен охранник?

— Теперь да, — чуть дыша, прошептала она.

Бенджамин шёл впереди и ловко отодвигал руками слишком назойливых зевак.

Внутри таверны было тепло и пахло едой, но общее напряжение ощущалось кожей. Двенадцать женщин и десять мужчин сидели молча за столами. Но стоило только нам войти, как по залу прошли женские вздохи и всхлипы.

— Миледи приехала, — с надеждой шептались люди. Даже ирбисы были среди них, в основном, мужчины, отцы детей. Они встали и поклонились нам.

Аманда села в удобное кресло, которое специально хозяин притащил откуда-то.

— Добрый день. Надеюсь, сегодня у меня будут для вас хорошие вести, — взволнованно проговорила Аманда. — Кто первый?

К ней вышла женщина, с опухшими от слёз глазами. Аманда быстро достала из ридикюля крепкую настойку в склянке, вату и иглу. Прямо как настоящий целитель, обработала палец женщины и проколола его иглой. Смахнув пальцами каплю крови, она растёрла её и преподнесла к носу, втянув воздух и прикрыв глаза. Минут пять Аманда сидела неподвижно, только глазные яблоки двигались под веками.

— Их ведут в другую штольню, — распахнула девушка голубые глаза, смотря на меня. — Не знаю, сколько там было детей, не смогла всех сосчитать. Они шли через горный перевал.

— Разглядели преступников? — насторожился Майлз. — Местность?

— Да, но они все спрятали лица под белыми плотными масками. Одежда тоже вся белая, даже детей замотали во что-то белое, — вздохнула жена.

— Они знают, что ясновидящая может их увидеть в любой момент, вот и прячут лица, — подметил я очевидные вещи. — Одежду выбрали белую, чтобы быть незаметными на фоне снега. Знают, что идут поиски в горах.

— Вот гады, всё предусмотрели! — процедил злобно Майлз. — А что скажете насчёт местности?

— Я плохо знаю Вахрийские горы, но пока ничего приметного не увидела, — пожала плечами Аманда, — ни мостов, ни рек, горы как горы.

— Ты умничка, милая, — искренне произнёс я, присев на колено перед женой и смотря в её грустное лицо. — Зато мы знаем теперь — они не сидят на месте, что осложняет нам работу.

— Давайте я ещё разок посмотрю глазами других детей, заодно проверю, все ли живы, — встрепенулась Аманда. — А то цепочка идущих растянулась по тропе и я не всех увидела.