— И о чем ребята говорили?

— Да я вообще, кроме «в натуре» и «Отвечаешь?» ничего не помню. Там разговор какой-то был сумбурный, я половины слов не понял. Только орут «Отвечаешь?» и пальцами перед лицом машут.

— Понятно. То есть резюмируем. Ты в марте, восьмого числа, расстался с Люсей, которая работает в энергетическом институте, чтобы тут же, в этот же вечер, начать встречаться с Таней. Кстати, как Люсина фамилия?

— Люся Кузнецова, Таня Ефремова.

— После восьмого марта ты с Люсей не встречался?

— Встречался, один раз. Мы с Таней встретится договорились в центре, а Люська ее как-то выследила и начала орать, потом в драку полезла.

— Понятно. Но в интимной обстановке не встречался?

— Нет, конечно. После того, что было? Люська конечно интересная, но очень душная. И все время деньги с меня тянула…

— Нет, ну а как ты хотел? Кто девушку танцует…

— Я все понимаю, но тормоза какие-то должны у человека быть? А ей все мало, мало…

— Ладно, я понял, и ты встречался с Таней. А потом к тебе подошли…

— Ну да, в мае, во дворе дома. Я как раз машину припарковал, и возле подъезда меня прихватили. Я, когда от них вырвался, то сразу в Аэропорт уехал, сутки там просидел, а потом на самолет билет взял и во Владик улетел.

— И зачем ты сбежал так быстро? Тебе же неделю дали на подачу заявления?

— Да там двое, которых я по именам не знаю… мне кажется они зверели потихоньку, в раж входили. Их тот, который братом Люськи — Славой назвался, он в конце только и знал, что их от меня оттаскивать. Мне кажется, что они ко мне на следующий день бы приехали, или забрать у меня, что осталось, либо по новой избить. А скорее всего, и то и другое. Славе надо было, чтобы я заявление в ЗАГС с Люськой подал, и машина моя ему понравилась. А эти двое — просто какие-то звери, им больше всего нравилось меня бить, и чтобы я, при этом, унижался. Я просто испугался.

— Понял тебя. А подскажи пожалуйста, когда это было?

— После «майских». Я не помню, когда, но до пятнадцатого числа.

— Все, я тебя понял. Давай так. Ты, обязательно, вот просто обязательно должен сегодня, я не знаю просто, сколько у вас там времени сейчас, прийти в городское управление МВД города Находки, и в уголовном розыске найти старшего лейтенанта Смирнова и написать у него заявление, где все вот то, что ты мне рассказал, изложить. Если Смирнова не будет на месте, то тогда обратись в дежурную часть. Только не уходи никуда, если будут тянуть с приемом заявления, в Новосибирск отправлять или на завтра ориентировать, не соглашайся. Скажи, что по этому заявлению наш генерал завтра будет звонить их генералу. И, чтобы ориентировку по твоему заявлению отправили в Дорожный РОВД Города. Запомнил? Записал? Молодец. И рассказывай все и подробно. Хорошо. И, где-то через недельку, мне перезвони, я тебе расскажу, как дела по твоему заявлению. И, самое главное — если тебе будет кто-то звонить или спрашивать про машину рассказывай, как есть — машину отобрали, документы с ключами тоже. Опасался за свою жизнь, так как считал, что угрозы напавших на тебя незнакомых лиц ты воспринимал как реальные. Заявление сразу не подал в милицию, так как напавшие сказали, что это бесполезно, так как у них хорошие связи. Ты с Татьяной то связь потерял после этого?

— Нет, я ей звоню периодически. Она в сентябре в отпуск обещала ко мне приехать, тут осенью очень красиво.

— Понятно. Тогда дай мне телефон Татьяны.

— Зачем? — в голосе моего собеседника опять, как в начале разговора, появился страх.

— Серега, ты что там напрягся? Мне насчет Люси надо информацию получить, а через Таню будет быстрее. В конце концов, ты же сам сказал, где Таня с Люсей работают…

— Да, только Таня уволилась оттуда, ее Люська затравила, всем на работе рассказывала, что она у Люськи жениха увела.

— Понятно. Ну тогда, неверное, мне Танин телефон и не нужен…

— Да ладно, записывайте. — Сергей продиктовал шесть цифр телефонного номера, после чего я еще раз наказал ему пойти и написать подробное заявление в милиции, и мы, наконец, распрощались.

Сразу после телефонного разговора с Сергеем я вызвал к себе, измученного неизвестностью, Руслана.

— Короче, брат, у нас с тобой получается следующее. Сергей сегодня-завтра пойдет в милицию, напишет заявление, что его били, забрали документы, деньги, ключи от машины и, соответственно, саму машину. Били, угрожали, требовали жениться на, якобы изнасилованной им женщине. Он поэтому и убежал. С женщиной он расстался восьмого марта, а пришли к нему через два месяца. Вот такие вот дела.

— Нам то что делать?

— Насчет денег, я считаю — не платить. Но тут ваше личное должно быть решение, я тут за вашу семью решать не могу.

— Хорошо, Паша. Представь — мы не заплатим. Эти на нас заявление подадут. Ты понимаешь, что при таких адвокатах меня и пацанов могут просто закрыть и все! Понимаешь — все! До суда не выпустят, а если до суда мы сидеть будем, то, сто процентов, дадут реальный срок.

— Брат, я делаю, все, что могу. Как только будет заявление в Находке принято, они нам должны сразу сообщение отправить, чтобы быстрее. Материалы из Находки, наверное, дней через десять придут, но, сам факт наличия такого заявления не даст вас закрыть, да и дело думаю, никто при этом не возбудит, так как очень хорошо характеризует личности заявителей. Так что, не бзди, все будет хорошо. Ладно, давай, некогда мне, работы еще много.

— Здравствуйте Татьяна, из Дорожного РОВД беспокоит, уголовный розыск, Громов моя фамилия. Ваш хороший знакомый с берега залива Петра Великого шлет вам свой моряцкий привет. Он мне дал ваш телефон и посоветовал обратится к вам за консультацией. Относительно Люси, подруги вашей бывшей. Не хотите разговаривать? Беременна? О, как! На новом месте работы вас как приняли? Скрываете ото всех, куда устроились? Ну и правильно, я у вас даже спрашивать не буду, где вы теперь работаете. У меня вопрос к вам коротенький — не подскажите, где Люся живет? Ой как замечательно, что вы у нее были в гостях. Да свидания, Татьяна, спасибо за информацию.