Действуй они сообща, эльфу пришлось бы туго, а так, воспользовавшись их оплошностью, Никаниэль катнул под ноги латнику королевский стул, а сам попытался кончиком клинка выбить кинжал из рук прислуги.

К сожалению, стражник и не думал спотыкаться о препятствие и хорошенько пнул его закованной в сталь ногой, больно зарядив стулом Нику по правой руке. Руке в которой лежал меч.

Из-за этого удар принца смазался, и, вместо того чтобы просто выбить кинжал, он начисто отрезал пажу всю кисть.

Рука убийцы со смачным чавканьем шлепнулась на каменный пол, а сам он, разбрызгивая по всей комнате кровь и жалобно скуля, забился в угол и принялся баюкать искалеченную конечность.

Пусть Никаниэль и не выронил меча от удара стулом, но держать его как прежде он больше не мог. Это увидел и стражник. Радостно хмыкнув, он пошел прямо на своего врага, размахивая мечом из стороны в сторону.

Понимая, что больше сражаться на равных у него не получится, Ник решился на хитрость. И вместо того чтобы попытаться отступить он наоборот бросился прямо к злоумышленнику.

Подбежав практически вплотную, эльф взмахнул мечом перед глазами противника, отвлекая его внимание, а сам выхватил из-за спины потайной стилет и с размаху вонзил его в зазор между пластинами доспеха.

Тонкое лезвие сделало то, с чем не справился легендарный Люминистилл. Попав точно в цель, оно скользнуло под броню и, не заметив плотного поддоспешника, вонзилось убийце прямо в сердце.

Качнувшись, преступник рухнул прямиком на Ника, придавив его всей своей массой. И в этот же момент, наконец, поддались двери, впуская внутрь долгожданную подмогу.

Ощущение было такое, будто на Никаниэля упал дом. Он лежал, придавленный тяжестью закованного в сталь трупа, не в силах ни спихнуть его с себя, ни даже толком вдохнуть. Горячая кровь поверженного противника неудержимым потоком заливала отвратный зеленый камзол, окрашивая тот в ярко-красный цвет смерти.

«Как же хорошо, что у меня с собой оказался именно этот стилет». — пронеслось в голове у Ника в след за мысленной благодарностью учителю, утверждавшему, что лишних потайных кинжалов не бывает.

Дело в том, что изначально он пытался взять с собой нормальный кортик, но ему просто не удалось спрятать оружие в неудобных парадных одеждах. А потому окончательный выбор пал именно на этот стилет с узким лезвием. Стилет который так удачно смог прошить плотный поддоспешник и спасти своему владельцу жизнь.

Боковым зрением беглый принц видел, как первым в зал ворвался вчерашний мрачный мужчина в черных одеждах и с козлиной бородкой. Прежде всего тот подскочил к королю с королевой и, убедившись что с венецесной парой все в порядке, принялся раздавать указания своим подчиненным.

Рыдавшего в углу калеку сковали и, перетянув культю ремнем, увели для допроса. С Ника, наконец, стащили труп стражника, подняли и… заломив руки, повели следом. Чудом удержавшаяся во время боя на голове шляпа едва не слетела со своего законного места.

— Стойте! Стойте, недоумки! Отпустите его! — закричал на слуг Теофан. — Это он спас меня! …Причем уже третий раз… — значительно тише добавил тот.

Ника отпустили.

— Но, Ваше Величество, зачем тогда ему убивать вашего стражника? — спросил мужик в черном.

— Да потому что этот кфханов стражник и пытался меня зарезать!

— Не может быть! Я лично проверяю всех воинов перед тем как их берут на службу.

Мужчина направился к трупу, а король прокричал ему вслед:

— А вот и может, Брюин! И если бы не этот юноша, то меня бы тут порубали в вестмирстский триф!

Человек в черном тем временем стащил шлем со стражника:

— Ну конечно, это Сэм, я сам… подождите секундочку. — Брюин засунул руку в доспех и снял с шеи преступника цепочку с кулоном в форме трехпалой руки.

— Церковь Трех Основ.

Может это и был запасной план королевы?

Принц бросил взгляд на Дану, но та до сих пор сидела на полу с видом полнейшего ошеломления. Или она и правда не при чем или первые роли в театре ей обеспечены.

— Церковь Трех Основ? Но ведь я же не строил им препятствий. И даже выделил здание в Ануфьево. Зачем им меня убивать? — удивился Валхард.

— Прошу прощения. — вмешался в разговор Никаниэль. — Я видел вчера, как послушники смывали со стены храма точно такой же символ. Что это еще за церковь Трех Основ?