— Добрый вечер, уважаемый… — начал было принц, но его грубо перебили:

— Заткнись и слушай! Ты здесь только потому, что нас очень попросили. Так что прилепи язык к заднице, и не вздумай пикнуть, пока не скажу. Усек?

Никаниэль задохнулся от возмущения и стоял не в силах вымолвить хоть слово.

— Вот так. — ночной проводник принял молчание за слабость. — Сейчас, по-хорошему, нужно бы нацепить тебе мешок на голову, чтобы дорогу не видел. Но ты ведь, сученыш, из благородных? Все равно каким-нибудь колдунством путь прочухаешь. В общем, топай за мной, ушлепок. А проболтаешься кому, так ковен тебя из-под земли достанет и туда же и уроет, усек?

Сплюнув сквозь зубы, злословный тип ловко растворился в тени ближайшего здания.

Они петляли по пустынным улицам больше получаса. Несмотря на свои слова, незнакомец явно пытался запутать Ника. Но это был его родной город, и принц неплохо в нем ориентировался.

Сперва Никаниэль пылал от гнева. Ему еще никогда не приходилось испытывать такого унижения. Более того, он даже ответить не мог, полностью завися от идущего впереди человека.

Спустя некоторое время прохлада ночного города остудила его голову, и Ник понял, что, по большому счету, ничего страшного не произошло. Сейчас главное чтобы его привели куда нужно. Но встреться они при других обстоятельствах…

— Стой. — проводник остановился перед неприметной дверью в стволе очередного дерева.

С трудом, но принц все же понял где оказался. Обувная мастерская почти на самом краю города. Только подвели его с черного хода.

— Надень. Так надо. — голос незнакомца резко стал очень серьезным. На его вытянутой руке лежала черная маска из гладкого, блестящего материала с прорезями для глаз и рта.

Убедившись, что указание выполнено, провожатый постучал, воспроизводя хитрый условный сигнал. А под конец еще и кошкой поскребся в дверь.

— Что есть музыка ночи? — раздалось из открывшегося на уровне глаз окошка.

— Безмолвие.

Судя по всему, пароль оказался верным, так как, коротко скрипнув петлями, дверь отворилась приглашая ночных визитеров пройти внутрь.

— Ну, я свою работу выполнил. Теперь можешь хоть сдохнуть, ушастый.

Не успел Ник опомниться, как проводник шагнул в тень, и вот от него уже осталась только легкая смесь запахов дешевого вина и табака, которую тут же унес прохладный осенний ветерок.

«Ну, выбора нет». — подумал Никаниэль и решительно шагнул через порог.

Едва дверь за ним захлопнулась, и засов с лязгом вернулся на свое законное место, как из темноты на свет факелов вышли две одинаковых фигуры в черных балахонах и точно таких же масках. Они молча обыскали принца, отобрав меч и поясной кинжал, и заставили сменить плащ на такую же как у них одежду.

Когда с переодеваниями было покончено, перед Ником раскрыли потайной проем и вручили факел, в свете которого он увидел винтовую лестницу, круто уходящую вниз.

— Дождись окончания ритуала. Потом сможешь задать свой вопрос Мастеру Смерти. — раздалось из-за двери перед тем, как она окончательно закрылась за его спиной, погружая спуск в кромешную тьму, освещаемую лишь дрожащим пламенем на просмоленном конце палки.

Чем глубже спускался Никаниэль, тем холоднее становилось вокруг. Но это был не просто обычный холод. Как и любой эльфийский дворянин, к тому же весьма успешно занимавшийся в школе меча и магии, он мог чувствовать потоки силы, разлитые в пространстве. И вот сейчас, с каждой преодоленной ступенькой, принц все сильнее ощущал эманации тьмы и зла, исходящие откуда-то снизу.

Кфханово семя! Неудивительно, что эту магию запретили! Кому в здравом уме вообще придет в голову каждый день прибегать к настолько мерзкой силе?

Преодолевая последние метры спуска, Нику казалось, будто он медленно погружался в холодную липкую грязь, кишевшую насекомыми.

Но вот лестница, наконец, закончилась, и перед ним предстал круглый подземный зал.

Построенный в форме амфитеатра, он представлял собой пятиступенчатую яму, на самом дне которой располагался алтарь из черного обсидиана. На каждом уровне находилось несколько скамеек, способных разместить на себе максимум человек тридцать.

Сейчас на них сидело лишь семь фигур в таких же, как у Никаниэля, балахонах. У ног троих из сидевших в нижнем ряду, стояло по холщевому мешку. Еще трое с руками за спиной расположились наверху на равном расстоянии друг от друга. В низу же, у самого алтаря, что-то уверенно вещал тип с крупным медальоном в виде черепа на шее.

Судя по всему, именно он и нужен был принцу.

Никто не обратил на вошедшего внимания, так что Ник воткнул факел в специальное кольцо у входа, сел на край ближайшей скамейки и принялся слушать.