Отвлекаюсь на телефон, который вибрирует в кармане брюк.

«Мама».

— Ладно. Папку у тебя оставляю. Если что-то еще надумаешь, говори.

— А ты уверен, что мы выиграем тендер?

— Там главное — чуть переплатить, но цена изначально ниже рыночной, так что в любом случае выходит, что мы покупаем его дешевле.

— Понял. Давай тогда, — жмем руки друг другу,. Зверь провожает меня до выхода.

Сажусь снова в машину. На часах одиннадцать. Набираю номер матери, включаю громкую связь.

— Амиль, здравствуй, сынок, — улыбаюсь ее тихому и нежному голосу. Никогда не встречал добрее женщины, чем она.

— Добрый день, мам.

— Я тебя не отвлекаю? Ты уехал рано, не успела тебя увидеть.

— Нет, я как раз еду в офис. Как ты?

— Я хорошо. В твоем доме мне всегда нравилось. Сейчас стало еще уютней, — кожей чувствую, что она улыбается, и понимаю, о чем, точнее, о ком речь.

— Это твой дом, и ты это знаешь. Познакомилась с Ксюшей?

— Она мне понравилась, Амиль. Хорошая девочка. Я не сомневалась в твоем выборе никогда.

— Она и правда такая. Это, знаешь, увидел и все сразу понял для себя, — смеюсь я, вспоминая нашу первую встречу. Не зря мы с Ксюшей столкнулись. Не зря судьба нас свела.

— Я вижу, как ты счастлив с ней. И по голосу понимаю. Давно тебя таким не видела.

— Да, мам. С ней все иначе. Сложно порой, но иначе. Скоро с внуками играть будешь. Всего ничего осталось.

— Я только что с ней говорила. Девочка любит тебя, Амиль. А насчет внуков... Я жду с нетерпением уже больше десяти лет.

— А как меня можно не любить, мам?
– улыбаюсь ее тихому смеху. — В этот раз все серьезно. И свадьба будет, и дети.

— Безумно рада твоим планам. Не буду тебя отвлекать. До вечера, сынок.

— До вечера.

Сбрасываю вызов, паркуясь возле офиса.

Некоторое время сижу в машине, обдумывая всю ситуацию. Главное, что мои самые любимые женщины нашли общий язык. Остальное потихоньку наладится.

Поднимаюсь на лифте на третий этаж и иду к Марибу. Пора действовать, тем более я понял, с чего мне нужно начать.

— Доброго времени суток, — вхожу к нему без стука, потому что уверен: на рабочем месте он серьезный бизнесмен. Никаких левых баб в кабинете, никаких игришек, интрижек.

— Я по твоим глазам уже вижу, что ты попросишь что-то невозможное, — друг откидывается на спинку, отлипая от мониторов, которых на его столе аж три штуки.

— Именно. Это важно, и потому будет сложно.

— Выкладывай давай. Не отцепишься же.

— Есть видео, которым еблан... шантажировал Ксюшу. Там ее брат убивает кого-то. Я хочу, чтобы ты его раздобыл.

Он смотрит на меня секунд десять, а потом спокойно выдает:

— А может, взломаем Белый дом или НАТО? Че мелочиться?

— Не смешно.

— Да ладно? А то, что ты приходишь и просишь меня о подобном дерьме, охуеть как смешно.

— Мариб, это важно — раз. Если бы не был уверен в том, что ты на это способен, не пришел бы — два.

— Мне, конечно, льстишь. Но я, блядь, не в "Матрице" снимаюсь.

— Скучала, цветочек?

Рука Амиля скользит от живота к бедру, а потом вовсе туда, куда нельзя прикасаться.

— Заждалась, — повернувшись к нему лицом, глажу рукой колючую щеку.

Приоткрываю глаза, нервно облизывая пересохшие губы. В полутьме он выглядит еще притягательнее. Такой сексуальный и горячий.

— Не думал, что ты ложишься спать так рано. Хотел куда-нибудь с тобой сходить, — хриплый голос заставляет окончательно очнуться.

— Куда сходить? И... Который сейчас час?

— Еще девяти нет, — усмехается Амиль, продолжая гладить мое бедро. — Маленькая девочка, которая соблюдает детский режим.

— Не смешно, — оттолкнув его руку от себя, сажусь на кровати.

Я помню, как пришла и легла сюда после обеда. Но как уснула, не помню. Это же нормально! Ведь я всю ночь не спала из-за приставаний Амиля!

Он криво ухмыляется, притягивая меня к себе. Целует взасос и так же резко отстраняется.

— Оденься. Приму душ, выйдем прогуляемся, — говорит он хриплым голосом, стягивая с себя рубашку. Замечаю на груди шрам. Кажется, старый, потому что он белый.

— Откуда это? — подхожу, провожу пальцами по полоске, смахивающий на букву «Т». — Или чье-то имя писал?