Соответствующие истории короля о Локи как всегда были преувеличенными и приукрашенными. Кассий отключился от разговора, когда Королева Афра стала спрашивать о его дяде, который оберегал Локи в их отсутствие. Он не желал слушать сфабрикованные истории о братских отношениях, которые были такими же ядовитыми, как у него с его собственным братом. Склонившись ниже к уху Авроры, Кассий пробормотал:

— Принимай всё, что говорит король с толикой недоверия, — он коснулся заострённого кончика кристалла небесного огня, который возвышался над её плечом. Камень оказался острее, чем он ожидал: — Мы все сегодня выставлены на показ.

— И ты? — спросила она. — Должна ли я скептически отнестись так же и ко всему, что ты говоришь?

Он не отпрянул, вместо этого он прочертил кристаллом вниз к изгибу её плеча. Пока он раздумывал, как ответить, он провёл пальцами по тыльной стороне её шеи. Она слегка склонила голову вперёд, и он обхватил ладонью её шею.

— Когда тебя воспитывают быть королём, тебя учат с осторожностью выбирать слова, использовать их максимально точно, как меч в бою. Но я…

— Ты второй сын.

Он нахмурился, и его рука напряглась на её шее лишь на миг, прежде чем он осознал свою ошибку и отпустил её.

— Да, второй. И я не такой как мой отец.

Он знал, что в его тоне было слишком много агрессии, и когда она метнула на него взгляд, он едва не потерял всё своё терпение в этой игре. Он желал эту девушку. Более того… он нуждался в ней. А он не всегда был самым терпеливым охотником. Он уже собирался попросить её об ещё одном танце, когда в поле зрения появился его брат.

— Такая прелестная принцесса, как вы, должна проводить всю ночь в танце. Позвольте мне исправить ошибку своего младшего брата.

Казимир протянул руку в приглашении, и пальцы Кассия загудели в желании схватиться за клинок, который он обычно носил на бедре.

— Мир, — проворчал он в предостережении.

Но это только лишь подначило его брата настаивать сильнее. В этом они были похожи. Когда Аврора вложила руку в ладонь Мира, он прижался в поцелуе к её ладони. В долгом поцелуе. Огонь лизнул позвоночник Кассия, и почти с десяток сердец бури вспыхнули и жаром и холодом, и всем и вся, что было между, когда они наполнились его энергией. Его брату очень сильно повезло, что сердца бури могли влиять лишь на штормы, а не создавать их. Он не смог бы остановить себя и обрушил бы пожар и потоп, и было бы всё равно кровный он брат или же нет.

Кассий рявкнул:

— Довольно, Казимир.

— Полно, Брат. Наверняка ты не станешь лишать меня шанса узнать свою будущую сестру.

Кассий оскалился в мрачной улыбке.

— Узнавай её с расстояния.

Угрозу в его словах нельзя было скрыть.

Мир подмигнул принцессе и сказал:

— Он никогда не любил делиться.

— А ты никогда не любил держать свои руки там, где им место.

Теперь Кассий едва ли не вибрировал от ярости, но его брат всё также был абсолютно спокоен. Он большим пальцем лениво поглаживал ладонь Роры, продолжая держать её за руку.

— Нет. Никогда не любил.

Кассий ухватил Аврору за плечи и притянул её к своей груди. На минуту головной убор загородил ему вид, прежде чем он отклонился в сторону и пригвоздил своего брата свирепым взглядом.

— Осторожно, Кассий, — его брат улыбнулся. — Спугнёшь её раньше, чем она по праву станет твоей.

— Парни, — звонкий, фальшивый смех донёсся с места, где сидела их мать. — Сделайте хотя бы вид, что вы воспитаны.

Помост был установлен на достаточном расстоянии, что никто не мог бы услышать их слова, но предостережение его матери вполне очистило разум Кассия, чтобы он смог вспомнить, что за ними наблюдали люди.

— Небольшая здоровая конкуренция ещё никогда никому не приносила вреда, — ответил его отец, с одобрением посмотрев на Казимира.

Когда-то это могло стать болезненным ударом по Кассию, видеть как к его брату более благосклонны, чем к нему, но стоило принять достаточное количество этих ударов, как со временем ты уже даже не чувствуешь их.

Его мать повернулась к королеве Павана и сказала:

— Вам так повезло, что у вас нет сыновей. Даже в лучшие времена они настоящие чудовища.

Улыбка Королевы Афры запнулась лишь на мгновение, но этого было вполне достаточно. В отличие от Локи, где секреты запросто хоронились, не было ни одного королевства на континенте, где не услышали о смерти наследника Павана. Его мать посмотрела на бальный зал, её губы приподнялись в притворной улыбке. Всё в образе его матери должно было придавать ей теплоту — её медового цвета кожа, тёмно-каштановые волосы и глаза, которые сияли всеми этими оттенками. Но её холод никак было не замаскировать.