— Понимаю… — кивал воин, — что ж, даже если бы ты ел младенцев, я все равно бы тебя не выдал, — Эдис Серад поднял голову и гордо взглянул на Джона, — ведь ты спас мою жизнь.

— Среди людей благородства гораздо больше, чем среди демонов, — только и вздохнул Джон, — ну что, народ, есть чего ценного у этой твари? Или придется его целиком в город тащить?

— Да кто б его знал, — села рядом с монстром Каскад, — ну, рога, наверное, можно спилить… потрошить неохота, да и как мы поймем, что ценно, а что нет?

— Подождите, — сказала Син, — а вы не хотите найти остальных пропавших?

— А ведь и правда, — кивнул Джон, — они наверняка где-то здесь.

— Вы хотите пойти вглубь лабиринта?! — едва не закричал Эдис.

— А чего ты боишься? — выгнула бровь Каскад, — минотавр-то вот, дохлый.

— Да и вряд ли нам очень далеко идти, — трогала свой мелок пальцем Син, — скорее всего, мы где-то рядом с его логовом, раз он тут ошивался.

— А разберем на обратном пути? — тягала за рог Каскад.

— Да, — сказал Джон, — только, наверное, приморозь его слегка.

По пути к центру лабиринта Джон то и дело переглядывался со спутницами. Ассасины отнеслись к его задумке с демоном с опаской, а вот Каскад определенно этот трюк одобряла. Что касалось его, то Джон не сомневался в искренности слов Эдиса. Даже несмотря на то, что Аскольд, поначалу тоже казавшийся благородным, в итоге оказался крысой. Эдис мог сбежать от них, потому что почти сразу заметил меловые стрелки, но не стал этого делать.

Син оказалась права — довольно скоро стены приобрели кроваво-красный оттенок, а изображения на них превратились в сплошные сцены казней и пыток.

Они вышли в темное помещение, края которого не было видно. Тиринэс широким жестом швырнула кристаллы, и они высветили большую круглую пещеру. Сюда вели еще с десяток ходов, в центре на постаменте возвышалась исполинская статуя белоснежного быка, бодро задравшего голову, а возле него…

— Мать твою! — выдохнула Тиринэс.

— Ну да, — сказала Каскад, — сюда они и пропадали.

Пол был завален трупами авантюристов и простых людей разной степени разложения. Были здесь тела, лишь отдаленно напоминавшие человека — кости с лоскутьями мышц и обрывки одежды. Из грудной клетки одного несчастного выскочили крысы, когда Тиринэс подсветила ее кристаллом. Девушки взвизгнули.

— По… помоги… те… — прошептал кто-то.

Аскольд высветил обнаженное тельце молодой девушки, лежавшее в стороне от других. Вся ее кожа была в синяках, а между ног темнела лужа крови.

— Он… — раздался еще один голос. За статуей сидел юноша. Доспех на его правой руке был сжат, как консервная банка. Нагрудник тоже был сдавлен, — он насиловал ее… спасите… Аннабель.

— Мда, — почесал затылок Эдис, — жалко детишек. Нельзя ходить на такие задания, если недостаточно подготовлен.

— Каскад, наколдуй-ка льда, — сказал Джон, присаживаясь возле девушки. Та еле слышно дышала, не в силах даже открыть глаза. Когда Тоби наморозил ледяной куб, Джон сжал его телекинезом, тем самым разогрев, смочил подобранную рядом, самую чистую на вид, тряпку и принялся омывать девушку.

— Что ты делаешь? — спросила Тиринэс, — ей конец. Им всем конец.

Джон молча продолжал смывать грязь с тела девушки. Он тщательно проходился по ее коже несколько раз, выжимал тряпку от потемневшей воды и начинал снова, пытаясь отсрочить самое ужасное — осмотр раны между ног. Однако, когда осознал, что специально это откладывает, сделал над собой усилие и раздвинул бедра девушки.

Наверное, не будь он нежитью, его бы стошнило. Стоявших рядом Син с Тиринэс вырвало.

— Почему ты позволяешь так с собой разговаривать? — сел возле головы девушки Эдис, — ты какой-то очень толерантный демон, да?

— Мы команда, а в команде все равны.

— Понимаю…

Джон осторожно смывал кровь, но девушка все равно корчилась от боли.

— Ты ее мучаешь, — подошла Каскад, — давай прекратим это. Мы можем избавить ее от боли в одно мгновение.

Джон это понимал. Он все понимал, но все равно не мог с собой ничего поделать.

— А вообще… — мучительно размышлял Эдис, — было бы у меня больше сил, то я, наверное, успел бы ее снести в город.

— Он дело говорит, — кивнула Каскад, — если ты так хочешь ее спасти, то самое верное — как можно быстрее доставить ее в Нанис.

— Она не дотянет, — прошептал Джон, — она не дотянет…

Девушка открыла глаза. Карие, уставшие глаза. На самом деле, Джон прекрасно понимал причину своего поведения. Эта девчушка ему просто-напросто нравилась, оттого он и не мог ее просто так отпустить.