Потрясённый обещанием Итона, Танос мигнул несколько раз.

— Но наша связь… Это означает, что ты тоже умрёшь.

— Да, — ответил Итон, не открывая глаза. — Умру.

В ту ночь никто из них не проронил больше ни слова. Танос заперся в подвале с Итоном, изгоняя их демонов, пока оба не отключились от изнеможения.

И только на следующее утро Танос понял, что должен вернуться к Чарли и оборвать все связи. Потому что иначе после клятвы, данной прошлым вечером, Итон без сомнения выследит его.

Выследит. И убьёт.

ГЛАВА 21

«Я снова в комнате без дверей», — подумал Парис, придя в себя и потерев голову. Вновь в той же комнате со стенами, обитыми кожей, и свисающим с потолка зловещим крюком. А напротив, в единственном кресле, очень напоминающем трон, устроилась вампиресса, Айседора.

Парис приподнялся, сел, зарывшись пальцами в мягкий чёрный ворс ковра, и, закрыв глаза, попытался успокоиться.

— Да, уж, пожалуйста, — заговорила Айседора, заметив его движение. — Я видела, на что ты способен, когда расстроен. Думаю, от меня будет немного пользы, если я рассыплюсь прахом у твоих ног.

Он сглотнул, вспоминая, скрестил ноги и поднял взгляд на женщину. Та настороженно наблюдала, словно в любую секунду ждала нападения.

— Всё хорошо. — Ему захотелось её утешить. — Я тебе не наврежу.

Кроваво-красные губы Айседоры чуть изогнулись в улыбке. Парис посмотрел на длинные волнистые волосы и фарфоровую кожу и поразился, насколько она отличалась от Айседоры в их первую встречу. Вампиресса была прекрасна.

— Хочется верить, что ты не желаешь мне вреда. Но это сложно, ведь ты и сам не знаешь, как смог это сделать.

Она права. Хотя Парис считал, что должен быть какой-то знак. Может покалывание в ладонях или шестое чувство?

— А может ты просто разозлишься, бабах — и я мертва.

Забавным это не было, учитывая всё произошедшее, но Парис не смог сдержать вырвавшийся смех.

— Прости. — Он прикрыл рот ладонью.

— И что тебя так развеселило? — нахмурилась Айседора.

Парис помотал головой. Боже, его жизнь превратилась в нечто необъяснимое.

— Абсолютно ничего. Это просто безумие какое-то. — Иса подалась вперёд. — Ты вампир. — Она не ответила, и Парис продолжил: — Я всё думаю про кабинет Элиаса и про его слова о твоей опасности, а теперь сижу тут, мир сходит с ума, а ты боишься меня. Забавно, не находишь?

Он вновь рассмеялся, будто теряя рассудок. Возможно, так и было. Вампиры, боги, полубоги. Чёрт, Парис почти верил, что лишился разума ещё тогда, когда впервые очнулся в этом месте.

— Можешь его почувствовать?

Вопрос прозвучал тихо. Парис посмотрел на Айседору и заметил настоящее беспокойство в её глазах.

— Кого?

— Элиаса. Можешь его почувствовать?

Что она имеет в виду под «почувствовать»?

— Мы способны чувствовать друг друга. — Иса соскользнула с кресла и опустилась на колени на ковёр напротив Париса. — Их близость, их состояние. Мы способны чувствовать наших старейшин. Интересно, можешь ли ты?

Парис помотал головой, и она расстроенно вздохнула.

— Так и думала. — Айседора прикрыла глаза, густые ресницы легли на щёки, и Парис дотронулся до её руки.

— Уверен, он в порядке. Элиас сильнее, чем ты думаешь.

Вампиресса открыла сверкающие глаза, и Парис услышал свой вопрос:

— Что это значит?

Иса полуприкрыла глаза, вытянула свою ладонь, и мужчина сцепил свои руки поверх коленей.

— Что именно?

— Твои глаза… В смысле, глаза у вампиров. Они иногда светятся. Что это значит?

— У всех по-своему, красавчик. О ком конкретно ты думаешь?

Парис мгновенно представил Таноса. В ванной, когда тот держал его в объятиях. Послышавшийся смешок Айседоры вернул его к действительности.

— Предполагаю, ты и сам понимаешь, что это значит.

Парис облизнул нижнюю губу, и Иса кивнула.

— Да, именно это. Он находит тебя… привлекательным.

— Как еду?

Невероятно, но вампиресса громко захохотала.

— Нет. Так же, как и ты находишь его привлекательным.