«Готовимся к штурму». — обратился я к легионерам. — «Занять построение на палубах уже захваченных кораблей. Приготовиться к метанию дротиков».

На вражеских кораблях тем временем реально добавилось замешательства. Гибель части офицеров, большие потери, пламенная магия, а теперь ещё и переход к нам одного из стратегов вывели заметную часть наемников из боя. Я подливал масла в огонь, используя командный голос.

«Не сопротивляйтесь, укрывайтесь в трюмах, бросайте оружие, Лин-Лаги повел вас на убой ради своих целей, это…»

«Это не ваш кандидат». — чуть было не ляпнул я.

Надо же. Еще остались в мозгу какие-то конструкции из прошлого мира. Не всё объемы памяти заполонили война, политические интриги и мрачные пророчества.

Обстрел с вражеских кораблей заметно ослаб. Наемников на палубах поубавилось. Другие спорили между собой или даже дрались. Отлично. Надо действовать быстро и решительно. Я скомандовал наступление. Под прикрытием щитов легионеров люди Фальвуса потащили вперед мостки, которые перекинули на палубы соседних кораблей. Начался марш наших воинов, теперь более напоминающий не бой, а полицейскую операцию.

«Кто сдаётся — щадить». — неустанно напоминал я.

Конечно, наши противники пираты, но Фальвус резонно заметил, что преступлений против кораблей Империи они не совершали. А значит можно обойтись с ними мягче, чем с головорезами Терионы. Похоже, что на пленных у него уже были какие-то планы.

Остаток боя длился ещё примерно час. За это время были захвачены все корабли морской крепости. Последние мы занимали уже в сумерках. Догорали мачты погружающихся на дно кораблей. Легионеры и наемники, еще недавно враги, теперь спокойно соседствовали на палубах.

«Победа». — объявила мне система. — «Ваш уровень повышен».

О, а вот это здорово. Похоже, что пленение или скорее перевербовка вражеского стратега мне зачлась. А вот второго закололи убийцы Лин-Лаги.

«Показательный бой, уважаемый триумвир». — обратился ко мне Фальвус. — «Доказывает, что иногда великодушие полезнее и разумнее жестокости. Философский урок можно оформить».

Да уж. Получилась прямо таки ода гуманизму с применением одержимых и проклятой магии Порчи.

Что до самого Лин-Лаги? Он был мертв. Самозакололся кинжалом и его бывшие приспешники передали нам тело сухого, низкорослого старика, в облике которого никак не угадывался всемогущий пиратский царек. Впрочем, внешность обманчива. Еще один философский урок, который каждый человек быстро усваивает, но время от времени забывает. Особенно при контакте с красивыми девицами.

Используя свою возможность видеть тени умерших, я всмотрелся в бездыханное тело Лин-Лаги. Его дух был здесь. Темное божество пучин не пришло за ним. Какой же этот Гастос прекрасный человек! Никак не нарадуюсь. Развел старика на бессмертие, заставил повести свой флот в опасную битву и обманул. Вместо обещанной награды, Лин-Лаги получил вполне заурядную смерть.

— Бросьте его в море. — молвил я. — Хотел к богу пучин — так пусть отправляется туда со всеми потрохами.

Глава 20

Я познаю мир

Погасли и отправились ко дну гибнущие корабли. Ночная темнота накрыла арену недавнего сражения. Однако, несмотря на потери и усталость, настроение у многих сейчас было скорее приподнятым. Речь обо мне, моих ближайших центурионах, Фальвусе и даже о пленных.

Все мы понимали, что этот бой мог закончиться гораздо хуже для обеих сторон. Однако разум восторжествовал над кровавым безумием Гастоса. В данный момент я реально ощущал себя проводником воли Клепсиды. Богини разумной, осмысленной войны не ради кровопролития, но для достижения благих целей.

Думаю, в хорошем настроении находился и стратег Айкари, несмотря на полученные раны. Длинные волосы сильно обгорели и их пришлось обрезать под каре, на лице повязки, закрывающие ожоги, но жизнь мы ему спасли. Другая судьба ждала второго стратега Лин-Лаги. Он умер от заклятья крови вместе с пиратским царьком.

— Его звали Ри-Лунг. — произнес юноша, косясь на тело искалеченного старика, которое только что принесли легионеры. — Он служил прошлому императору Ти-Шадая, но из-за каких-то дворцовых интриг впал в немилость. Его ослепили и лишили правой руки. Перевели на отдаленную границу. Там из-за слабости гарнизонов и разворованных евнухами-чиновниками средств, он проиграл бой отряду кочевников Хэ-Чжи. Был захвачен в плен. Варвары пытались получить выкуп у местного вана и чиновников, но те отказались платить. Обвинили самого Ри-Лунга в предательстве и небрежном исполнении обязанностей. По итогам он был выкуплен пиратами Лин-Лаги. Выиграл для них сотню битв.

— Именно по этому он остался верен Лин-Лаги?

— Нет. Думаю, он просто устал жить и не верил больше судьбе. Однако до самого конца старик Ри оставался мудрым человеком, готовым исполнять свой долг даже перед таким негодяем как Лин-Лаги. Может, это наивные слова, но мне жаль его.

История банальная и поучительная одновременно. Государство само себе воспитало, натренировало и вооружило врага, который потом успешно сражался под знаменем пиратов. Впрочем, «государство» это не какое-то там живое существо, способное ошибаться или принимать верные решения. Оно представляет собой систему, состоящую из множества людей, соблюдающих прежде всего свои интересы. Царедворцы, чиновники, удельные аристократы — каждый из них принимал вполне рациональное решение с учетом собственной выгоды. Одно решение уцепилось за другое, ошибки накопились снежным комом и сошли лавиной. И вот у вас уже по морям плавает огромный пиратский флот во главе с опытным стратегом. Корабли императора терпят поражение. Прямо-таки классическое: враг ворвался в город, пленных не щадя, потому что в кузнице не было гвоздя.