Картинка перед глазами не поменялась.

Она стояла передо мной живая, всё также ослепительно красивая, в одном лёгком платье на пуговицах и улыбалась. Несмело, словно сражалась с собой.

А я дурел. Окончательно. И понимал, что, если она войдёт сюда, не отпущу.

Не смогу.

Не сдержусь.

Сорвёт стоп кран.

– Впустишь? – пока я находился в полном оцепенении, она прошла в дом. – Здесь красиво...

Бл*ть, как она нашла меня?

И как сдержать... себя?!

***

Чёртова девчонка. Чёртовы нервы. Чёртов…

Тру виски, пытаясь отогнать наваждение, а заодно и воспоминания, которые так и лезут в голову.

Вовремя же…

Мысли уносят в тот день, когда мы сидели с Артуром в баре и выясняли «отношения». Разговоры по душам начались после того, как он хорошо меня приложил из-за ревности.

Придурок ревновал свою Еву ко мне, хотя и не признавался в этом.

– Да… и как же тебя угораздило то, под сорок лет так втрескаться? – задумчиво протянул я.

– Бл*, Вит просто помолчи. Ты не понимаешь.

Усмехаюсь.

Не понимаю… Ещё как понимаю.

Теперь не один ты… Арт… Полный идиот.

Точно пополнение в строю.

Смотрю ей вслед… Королевская осанка, волнистые волосы струятся по плечам... осиная талия...

Твою ж мать!

Да что со мной?

Мозги плавятся только от одного её вида.

И веду себя как слюнявый мальчишка.

А на самом то деле, что у нас ней было такого…?

Да ничего. Первая встреча, при которой я подумал, что она ночная бабочка. Затем чёткое осознание, кто передо мной стоит, словно удар под дых, заставил прийти в себя. И, казалось бы. Никаких проблем…

Забудь. Не вспоминай. Нельзя.

Но нет же…

В первый же день в университете, она вывела меня из себя да так, что я потом еле доехал до Анжелы в каком-то немыслимом состоянии.

Приехал, но не снял напряжение.

Вместо этого поел.

Любой бы нормальный человек покрутил бы у виска пальцем, мол ты чего?

Сам же позвонил девушке, чтобы доказать себе, что вся эта тяга к Анюте - это последствия недельного воздержания.

В итоге понял, что не хочу Анжелу… и всё.

И я же не Артур, который в жизни не терял голову от женщины и теперь полностью погружён в одну единственную.

Романтик хренов.

У меня и опыта побольше.

Как никак, три брака. Сын взрослый. В их возрасте, я пахал, не покладая рук, чтобы прокормить жену и трёхлетнего Алекса.

Тогда какого хрена я веду себя так?

Когда произошёл разлом в ритмично-выверенной жизни?

Когда я, наплевав на все правила и предрассудки, поцеловал её при всех… или ещё раньше?

Так я это сделал потому, что достала. Взбесила. Хотелось сжать её тонкую шейку и прибить на месте.

Давно никто не вызывал во мне подобных эмоций.

Есть в этом какой-то шарм и противоречивость одновременно, невинность на грани порока.

Чёрт.

Снова разошёлся. Здесь не надо думать, нужно просто спровадить её и всё.

Меня она не волнует. Обычное влечение.

Да.

Но наперекор своим словам, я отхожу как можно дальше от Анюты, как будто хочу отгородиться.

Отбрасываем союз «будто». Так и есть.

Уже сам себя не понимаю.

Воздух становится тяжёлым и лёгкие дают сбой.

Прикладываю максимум усилий, чтобы оставить лицо невозмутимым.

– Аня, – намеренно спокойно произношу её имя, чтобы немного остудить пыл.

Не удаётся.

– Зачем ты пришла?! – цежу сквозь зубы.

Она вздрагивает, но отвечать не спешит.

И не нужно. Уйди. Уйди с моих глаз. Будешь же потом жалеть, маленькая…

Сжимаю кулаки, чтобы не ударить ими в стену рядом с собой.

Не хочу пугать.

Не хочу…

Бл*ть.

Ежу ведь понятно зачем она пришла. Это формальный вопрос, но всё же…

Всё же между нами огромная пропасть.

И чем она глубже, тем сильнее притягивает.

Затягивает.

Это за гранью здравого смысла.

Прав сын.

Так нельзя.

Неправильно всё это.

– Девочка, ты хоть понимаешь, что мне сорок шесть, а тебе всего двадцать четыре?! – выдаю истину, внутренне надеясь, что она образумиться. – У тебя вся жизнь впереди, а я…

– Я всё понимаю, но мне плевать! Слышишь! Мне плевать! – протестует, мотая головой. – Я не боюсь!

Хочется крикнуть: дура, раз не боишься, но я сдерживаю сей порыв.