– Переоденься, - Анирей снял Ириду с лошади и достал из тюка сверток.
– В дорогу надо удобно одеваться.

– В этой хибаре переодеваться? Страшно. Вдруг там разбойники.

– Там никого нет. Не бойся. Дир тебя покараулит.

– Я себе шею сверну в темноте. Не жалко меня?

– Не свернешь, - Анирей вложил в руку Ириде тускло светящийся шарик.
– Иди.

Пришлось идти. Дир шел впереди, но Ирида все равно ступала осторожно и поминутно оглядывалась. В хибару решила не заходить, все равно темень, какая разница, где переодеваться. Шарик едва под ноги давал свет. Анирей выдал ей мужскую одежду: штаны, рубаха, жилетка и шапка. Путешествовать, и правда, удобнее будет. И книгу спрятать легче. Но платье Ирида забрала с собой. Хоть что-то свое должно у нее быть.

Пришлось помучиться с волосами, коса в шапку не помещалась. Густые, вьющиеся на концах волосы всегда были гордостью Ириды. Только в этом дурацком мире они выдавали ее иноземность. Шарик погас, наверно, она долго копалась. Ирида возвращалась к забору, ориентируясь на фырканье лошадей. Анирей стоял в окружении высоких мужчин. Сердце дрогнуло. Их выследили? Порученец все-таки решил избавиться от нее? Отдаст этим? Ирида застыла, боясь выдать себя неосторожным движением.

– Насколько заморские меня опережают?

– На перегон.

– Надо их придержать. Хотя бы на день. Но так, чтобы они не поняли.

– Они двигаются нижним путем, там переправа. Придержу.

– Отлично. Что у Бергов?

– Наряды их утешили. Отправляют дочь к островным. Прислужницу больше не ищут.

– Хорошо. Лошадей я оставлю в Ледяной пещере.

Ирида обрадовалась, услышав про Бергов. Побег удался и ее перестали искать. Переступила с ноги на ногу, шагнула вперед, не заметив Дира, севшего у ее ног, и полетела кубарем в траву. Вот дуреха. Столько шума наделала. Анирей мгновенно очутился рядом, поднял ее, вывел за руку к лошадям. Хорошо, что смеяться не стал. Ирида вертела головой, но мужчины словно в воздухе растворились. Анирей, как обычно, подсадил ее на лошадь. А потом хитро примотал широкой лентой к седлу.

– Что это ты делаешь? Зачем меня привязываешь? Я не сбегу.

– Мы будем скакать без остановки. Если уснешь, не свалишься под копыта лошади.

– Если усну? Сколько дней ты собрался скакать?
– Ирида даже не помнила, с чего вдруг она стала тыкать Анирею. Куда-то ушел первоначальный страх. Может, после того, как Анирей растирал ее, почти голую, колючим клубком? Или когда купил конфет?

– Всего день и ночь.

– Сутки. Не так и долго. А куда мы?

– На север.

– Ты решил взять меня с собой в Акрелию? Не оставишь по дороге?

Анирей не ответил, вскочил на своего коня. Ирида насупилась. Разве она спросила что-то неподобающее? Это нормально, что ее интересует собственная судьба. Не мужчина, а глыба льда. За то время, что они знакомы, она только и видит, что его спину. И слышит короткие приказы. Хотя, он ведь побеспокоился о ней, привязал к лошади. Уберег от черных всадников. Захватил для нее одежду.

Хватит выискивать Анирею оправдания. Ирида снова и снова запрещала себе думать о порученце. Но мысли не слушались. Запал порученец в душу. А с другой стороны, не так много у Ириды развлечений, чтобы переключиться. Искать плюсы? Она не видела смысла искать плюсы в плохом. Плохое от этого не станет хорошим. Дерьмо не станет конфеткой. Себя только обманешь, что стало хорошо. Что можно потерпеть, привыкнуть, лопать дерьмовые конфетки. Тогда от плохого никогда не избавишься, не убежишь.

В этот раз они отправились прямиком в горы. Походило бы на рядовой конный поход, в прошлой жизни Ирида время от времени мечтала о таком. О конном походе на Алтае. Но только некогда было смотреть по сторонам и любоваться видами. Анирей не останавливался. Настоящий мужчина, уныло бормотала про себя Ирида. Пообещал, что сутки будем в дороге без остановки, и выполняет обещание. Странно, что усталость она чувствовала, мышцы болели, а все остальные потребности исчезли. Ни пить не хотелось, ни есть, ни в туалет. Законсервировалась она, что ли? Магию этого мира хотелось понять, но с таким молчаливым попутчиком вряд ли Ирида овладеет даже простейшими навыками.

Они пробирались по узкой горной дороге все выше. Ирида сидела с закрытыми глазами, чтобы было не так страшно. Чтобы не видеть крутую тропинку, не оборачиваться, не слышать, как мелкие камешки вылетают из-под копыт и падают вниз. Она боялась помешать лошади невольным вскриком. Выйдя на небольшое плато, лошадь остановилась сама. Ирида открыла глаза, когда Анирей поставил ее на землю. Дир уже был здесь, сидел как изваяние. Вокруг горные вершины, покрытые снегом, и больше ничего. Тропинка закончилась.

– Мы уже приехали?
– колени подгибались. Вот бы лечь и, наконец, выпрямиться. Дать отдых позвоночнику. Ирида прижалась щекой к теплому лошадиному боку. Вид открывался завораживающий. А ветер дул ледяной.

– Нет.

– Спасибо за исчерпывающий ответ, - съязвила Ирида.
– Сразу все стало ясно.

– Оденься, - Анирей достал из тюка теплые вещи. Длинная куртка с капюшоном на меху, плотные брюки. Эмоций Ириды он словно не замечал. А, может, не придавал им значения.

В зимней одежде сразу стало тепло. Ирида разглядывала сверкающие в заходящем солнце горы в снежных шапках. И почувствовала непонятное родство с этим пустынным краем. И чуть лучше понимала Анирея. Он такой же молчаливый и неприступный, как эти горы. С высоты все выглядит мелким и суетливым. И она в глазах этого мужчины мелкая суетливая букашка. Сравнение не вдохновляющее, зато правда. Ирида бы не дергалась, но куда денешься от демона? Чем дольше она тянет с желанием, тем больше вероятность стать рабыней.