Если в общих чертах — я купила у Миши их с покойной Машей квартиру, продав имущество своего дяди, и переселилась в нее. Миша же с детьми снимает комнату у своей нынешней фиктивной супруги — Марины. Конечно, изначально я хотела снимать у Марины комнату. В мои планы никак не входило выгонять детей из их дома, но Марина и Миша настояли.

По факту — живем мы всем этим табором на две квартиры по очереди. То я с детьми, то Марина с детьми, то Миша с детьми, а мы отдыхаем. Работаем на троих, друг друга подменяя в роли няни. Детям радостно, а нам в принципе этого и достаточно.

А совершенно недавно оказалось, что Маринка хочет быть не просто фиктивной женой так себе мужа в первом браке — Миши. Тот же в упор ее не замечал, относясь больше по-отечески, но в этом сложно было его обвинять. Он в сорок новую жизнь начинал, а старая нет-нет, да проникала снова.

Полгода назад Миша сорвался. Да так серьезно, что мне пришлось звонить и просить помощи своего психотерапевта Леопольда. Конечно, бесследно тот ужас, что пережил Мишка, пройти не мог. Ну а Леопольд, конечно, помог. Чему несказанно обрадовались дети Миши, Петя и Нина, обожающие доктора. Дети, что им надо. Пару походов куда-нибудь с мороженым — и уже все, у них появился лучший друг.

Только вот мне совсем не нравилось, что обязательным сопровождающим на таких встречах всегда должна быть я. С Леопольдом связано не самое приятное время в моей жизни, поэтому желания видеть его даже раз в две недели на выходных у меня не было. Чего, кажется, нельзя сказать о нем.

И это напрягало.

Промокнув лицо и шею полотенцем, я взяла лежащий рядом тонометр и под пристальным взглядом друзей нацепила на руку манжету. Аппарат запищал, показывая повышенный пульс, но ничего опасного не сообщил.

— Нет, Кузнечик, как хочешь, но на сегодня ты напрыгалась, — вглядываясь в цифры на тонометре, сурово вынес вердикт Мишка, — никуда не годится. Тебе Леопольд не для того программу тренировок вытащил и по Москве тебя по врачам таскал, чтобы ты по дурости головы своей все лечение запорола.

О, точно, снова наше божество Леопольд. Маринка выключила газ и усиленно закивала, поддерживая своего недосупруга.

— Мужик намучался с тобой, Кузнечик, — осторожно подхватывая Мишку под локоть, Маринка сделала шаг вперед, — а ты мало того что неблагодарная, так еще и все его усилия своим упрямством в унитаз сольешь.

— Вы чьи друзья, мои или Леопольда? — обиженно нахмурилась я. — Или то, что он у вас неделю живет и детям ПТСР бесплатно лечит, так вас подкупило?

Тоже мне друзья. Увидели первого проходящего, тут же меня сбагрить ему пытаются. В конце концов, он мой врач и, сюрприз, за свою работу получает деньги. Нет, конечно, он многое для меня и просто так делает, но это не повод. Тем более что эти двое прекрасно знают, что со мной произошло и как я из этого выбиралась.

Для тех, кто плохо со мной знаком, рассказываю. Несколько лет назад, когда война с вампирами была в самом разгаре, я создала проект, продолжая дело своего отца. Его суть заключалась в том, чтобы понять природу вампира и использовать против них. Я выбрала себе в напарники того же вампира, кто работал с моим отцом, а после попала в лапы к самому опасному на протяжении двух тысяч лет вампиру — Самсону. После такой встречи у меня осталась отравленная кровь, что является ядом для любого вампира, ПТСР, депрессия, невроз, панические атаки и полный букет, заставивший меня оставить дело всей своей жизни и скатиться до состояния овоща. Ну и еще несколько неприятностей, таких, как боязнь света, предметов веры и физическая немощность по причине неправильно сросшихся нервных тканей в позвоночнике.

Итак, я — недообращенный вампир. Никаких бонусов типа суперсилы, но и никакой жажды крови.

Ну а два года назад я снова столкнулась с Самсоном вместе со своим напарником — майором Вагнером, который на деле оказался царевичем Дмитрием, сыном Ивана Грозного. Он и помог справиться с Самсоном, после по моей же просьбе исчезнув из моей жизни.

Насколько мне было известно, сейчас у Вагнера все хорошо. Объединив вампиров всего земного шара, он взошел на трон и договорился с человеческим правительством о перемирии. Надо отдать ему должное — не знаю, как у него это вышло, но два года царил полный покой и порядок. Всемилостивый Государь, как теперь все вампиры обращались к Вагнеру, нанял человеческих ученых для изобретения синтетической крови и организовал пункты сдачи крови для вампиров добровольцами. Это было достаточно непривычно, а я в принципе не ожидала, что второе будет пользоваться успехом среди людей. Но это произошло. Вагнер хорошо платил донорам, поэтому желающих оказалось хоть отбавляй. Ну а вампиры-вегетарианцы совсем не ощутили разницы, поэтому так же с радостью поддержали нового правителя.

Периодически слышны были вспышки восстаний, как полгода назад в Африке, когда племя вампиров взяло людей в заложники с требованием вернуть предыдущий порядок, но и с этим Вагнер справился с какой-то чудесной легкостью.

После этого случая я наконец перестала следить за миром вампирских новостей и выкинула из жизни оставшиеся о монстрах воспоминания. Наш поселок был чуть ли не заповедной территорией, как практически родина Всемилостивого Государя, поэтому я в принципе последний раз вживую вампира видела два года назад.

Хотя иногда мне кажется, что Вагнер это сделал не чтобы оградить людей от вампиров, а наоборот. Вампиров от меня. В конце концов, рядом с нашим с ним домиком парочка клыкастых мной была когда-то благополучно прикопана.

Щелкнув пультом, я поставила чайник, махая на прощанье друзьям. Мишка, конечно, оказался прав — спина отозвалась болью при следующем моем движении, поэтому, когда в дверь раздался стук, а телефон на столе взорвался голосом Левы «Би-2», я обреченно закатила глаза. Осторожно опираясь на трость, я подхватила трезвонящий аппарат и, выключив звук, посмотрела на экран.