Шрифт:
Техники зачитали подготовленный список.
– Управление полетом вызывает пусковой отсек, проверка связи, прием.
– Вас понял, УП, проверку связи подтверждаю.
– Приготовиться к выдвижению инерционной тарелки.
– Тарелка и механизм готовы.
– Отменить рекомендательную проверку.
– Рекомендательная проверка прервана. Показания давления в фюзеляже?
– Зеленый на ста килопаскалях.
– Зеленый на БЛОКИРОВКЕ и РЕГУЛИРОВАНИИ АТМОСФЕРНОГО ДАВЛЕНИЯ.
– Проверка схемы радиационного и пожаротушения.
– Отсеки один и два, абсолютная готовность. Кабина и боевое снаряжение, абсолютная готовность.
Продолжайте в том же духе!– подумал Люк.
Пилот повернулся, чтобы посмотреть на Люка.
– Рабочее место пилота, зеленый, сэр! Запрашиваю разрешение на активацию всех ядерных комплектов, сэр!
Генерал-викарий Люк почувствовал тошноту. Он просто махнул рукой в знак согласия.
– Приказано начинать!
Люк почувствовал скрежещущую вибрацию, когда выдвинулась инерционная тарелка "Эдессы".
– Все гравитационные системы отключены.
– Вас понял.
– Наружная отклоняющая электромагнитная система включена.
– Вас понял.
Пилот перевел взгляд на Люка.
– Разрешите взорвать, сэр!
– Люк кивнул, едва сдерживая рвотный позыв.
– УРА!
– воскликнул второй пилот.
– Слава БОГУ!
– не согласился техник-пилот.
Он поднял красный защитный кожух на пульте, затем щелкнул простым переключателем.
В центре инерционной тарелки, выдвинутой из хвостовой части корабля взорвалось пятимегатонное ядерное устройство. Примерно половина энергии взрыва рассеялась в космосе. Другая половина ударила в тарелку, что заставило "Эдессу" почти полностью остановиться на заданной траектории. Корабль задрожал, и лишь на мгновение вспыхнули внутренние огни.
Вся операция заняла меньше десяти секунд.
Что показалось Люку целым часом ужаса.
– Сэр, с вами все в порядке?
Наверное, это значит, что мы все еще живы, - подумал Люк.
– Да, да, - выдавил он из себя.
– Полный вперед. Курс 0.2 секунды.
– Вас понял.
Вернулись законы нормальной инерции. Генерал-викарий Люк эффектно выблевал свой последний жидкий обед, когда корабль рванул вперед со скоростью всего лишь 17 000 миль в час.
– Дисплей МАДАМ снова включился.
– Курс .006 параллельных миллисекунд от инженерной станции "Солон". Приготовиться к автоматической стыковке.
– Вас понял.
Один из техников-связистов немедленно пришел на помощь Люку, вытирая испачканные колени.
– Ну вот, все в порядке, сэр. Просто несчастный случай. Такое может произойти с кем угодно.
Люк кипел от злости и унижения. Большое спасибо, Господи. Он обернулся, чтобы посмотреть, обратил ли на это внимание майор-пастор Мэтью. Мэтью всегда присоединялся к нему в командном отсеке во время разгонов и торможений. Наверное, он сейчас сидит у меня за спиной и смеется.
Но когда Люк огляделся вокруг, то увидел, что летное кресло Мэтью было пустым.
(III)
Заревел корабельный интерком и начался интенсивный обмен сообщениями:
– Это КГС "Эдесса", запрашиваю разрешение на стыковку на уровне 6.
– Это таможенная служба дрейфующей станции "Солон". Добро пожаловать, "Эдесса", и слава Богу. Дано разрешение на стыковку. Автоматическое ориентирование активировано.
– Вас понял, "Солон".
Во время всех субсветовых разгонов и торможений большая часть обычного экипажа пристегивалась ремнями к креслам в одном из четырех стартовых отсеков корабля.
Шэрон сидела с Томом во время непродолжительной турбулентности, но ее мысли, казалось, были заняты другим. Всеми этими внезапно случившимися странными вещами. Нападения на корабль, бомбы, заложенные в трупы, элементные ретрансляции данных с внесолнечного радиотелескопа, а теперь еще эта причудливая история с загадочным божеством Красной Cекты.
Суркулик, - подумала она.
Демон инверсий.
Демон ложных лиц.
Но больше всего ее озадачила простота расшифровки истинного имени демона: примитивная перестановка. Это, казалось, бросало вызов самой природе Красной Cекты. Сотни лет они держали в секрете каждый аспект своих террористических замыслов. Никто не знал их базы, их лидеров, их официальной структуры. Кроме случайных убийств и разрушений, никто даже не знал их истинных целей.