– Я могу вызвать дождь. Ну, чтоб им ещё интереснее было к замку топать… - Хеллегер прищурила глаза.

Гэйр немного подумал и кивнул:

– Хорошая мысль.

– И ещё, когда заработает мой основной став, все камины в замке должны потухнуть. Дым – стихия воздуха. Он пройдёт сквозь морок.

– Понял. Мы потушим камины заранее. – Гэйр пристально заглянул в её глаза.
– Хеллегер, Сеок сказал, для тебя это опасно. Это правда?

– Да, что с вами не так? У тебя замок переполнен! Людей уже размещать негде, а ты об одной жизни беспокоишься?! – Бушевала немеда.

– Я беспокоюсь отвоейжизни. Ты важна для меня. – Впервые немед северного клана пытался сказать ей о своих чувствах.

– Гэйр… - Вздохнула эльфийка, - иди-ка ты… занимайся своими делами.

Но Гэйр не хотел уходить. Как и Сеок, он вдруг обнял Хеллегер и притянул к себе. А она и не думала сопротивляться. Она уткнулась в его меховую жилетку носом, вдохнула дивную смесь мужских запахов. В руках немеда было уютно и спокойно.

– Вот те на… - Вдруг присвистнул мерзкий дух, портя момент.

Хеллегер тут же отпрянула от Гэйра.

– Иди, немед, иди. У тебя много забот. Всё будет хорошо.

Немед бросил злобный взгляд на духа и показал кулак. Дух хмыкнул.

– Иди, иди. Ходют тут всякие. Работать мешают…

До поздней ночи Хеллегер больше не беспокоили. Только принесли ей факелы, да Лейма напоила укрепляющим зельем. Эйлин прибежала обнять Хеллегер на ночь. Рассказала, что к ним в комнаты тоже людей поселили. Оно и понятно. Много их, горемык, пришло…

Хеллегер спала прямо в хранилище свитков. Ей никак не удавалось создать защитный став. Всё время ей чего – то не хватало… Что-то не получалось. Она так и уснула за столом, заваленным важными свитками, положив голову на руки.

Глава 41.

Хеллегер проснулась уже уставшей. Даже во сне она крутила руны так и сяк, сплетала их затейливой вязью и снова раскручивала. Ей всё время казалось, что она что-то упускает, что-то не может поймать, учесть… Это изводило её, заставляя нервничать.

В конце концов, она отправила к Гэйру Эйлин, забежавшую с утра поздороваться со своей Легой, и попросила выдать ей столько чистых свитков, сколько есть в замке. Она будет писать руны, пока не найдёт свой став. Её просьбу приняли, и скоро она уже вовсю марала свитки, не боясь, что они закончатся.

Дух с озабоченным видом висел рядом и молчал. Он мог быть серьёзным, когда дело касалось магии. Он понимал, что случится, если Хеллегер не справится…

Ночью немемда спустилась в подземелья замка. За всё это время она ни разу не была здесь. Она терпеть не могла закрытых помещений. Обычно от них несло затхлостью и отчаянием. Подвалы родового замка клана Хаттэн не были исключением. К тому же, сейчас большинство комнат были забиты людьми, в основном, мужчинами, в полутьме готовящими доспехи и оружие к тяжёлому бою. Женщин и детей расположили наверху, в замке…

Хеллегер шла узкими, тёмными, каменными коридорами в сопровождении Сеока, Гэйра, Томэга и ещё трёх доверенных воинов. Сеок и Томэг несли факелы, освещая путь странной процессии.

В самом сердце подземелий, как и просила эльфийка, огромную комнату оставили свободной. Каменный пол тщательно отскребли и чисто вымыли, у стены стояла бадья с чернилью, рядом лежали кисти, заботливо связанные из конского волоса, и тряпьё для их очищения.

Люди не знали, что будет происходить. Им лишь сказали, что древняя магия укроет их, и сейчас каждый прислушивался к тому, что происходило, пытаясь почувствовать малейшие изменения.

Хеллегер ступила за Сеоком в каменный мешок, содрогнулась, и повернулась к Гэйру.

– Оставьте факелы. Немед, поставь у входа людей. Пусть никто не заходит и не мешает мне.

Сеок и Томэг послушно вставили факелы в железные крепления в стенах. Света не хватало, но Хеллегер знала, кто ей будет помогать, так что это не было проблемой для неё. А чем больше огня, тем меньше воздуха... Этого она терпеть не могла.

Мужчины вышли. Снаружи Гэйр оставил Сеока и позже прислал ещё одного воина.

Хеллегер медленно обошла зал по кругу, ведя рукой по шершавым, грубо-обработанным огромным камням. Прикрыв веки, она говорила с замком, просила помощи у тех, кто возводил эти древние стены, кто охранял их и пал в битвах, давно ставших преданием. Она слышала их тихие, шелестящие голоса.

Дух ярко светился голубым светом и, молча, наблюдал за нею. Сейчас он был молодым серьёзным юношей с длинными светлыми волосами и необыкновенно красивыми, тонкими чертами лица. В таких влюбляются без памяти… Высокий лоб венчал сверкающий призрачными камнями венец, чем-то похожий на венец эльфийки. Хеллегер знала, это и есть он настоящий. Пришло время отказаться от всех личин.