— Дан!

— Да все, не думаю больше об этом. А ты мысли не читай!

— Оно само получается иногда, — оправдывающимся тоном сказала Руна.

— Что-то все в этом гребаном мире идет через жопу у меня.

— Найдешь Источник — станешь магом. Будет чуточку проще тогда. Но в т же время и опаснее. Маги — серьезные пешки в игре больших людей этого мира.

— Кто бы сомневался… Ты поможешь мне дойти до Источника? Ах, прости, я обещал больше ничего не просить у тебя.

— Я бы хотела помочь, но не могу, Дан, — грустно ответила Руна. — У меня работа. Но мы еще обсудим твой путь. Тебе нужно подготовиться.

— Спасибо тебе, Руна. Без тебя я бы уже…

— Лежал в могиле. — Кажется, она улыбнулась.

— Точно. Знаешь… все эти люди в деревне — они были славными. Анвар и Рада… они…

— Не надо, Дан.

— Нет, я скажу. Они стали моей семьей. Я полюбил этих стариков. Они приняли нас в свой дом. Приняли в общину.

— Дан?

— Что?

— Ты не виноват.

— О чем ты? — нахмурился я, прекрасно зная ответ.

— Ты не мог их спасти.

— Если бы я был в деревне…

— … тебя бы тоже увели в рабство. И поставили бы на шею клеймо. И ты не смог бы сбежать, не смог бы пойти к Источнику, не смог бы стать магом, не смог бы ничем помочь Агнару.

— Убедила. Меня просто… выворачивает наизнанку от мысли, что каждый, к кому я привязываюсь, каждый, кто становится мне дорог — погибает. Я устал от смерти, Руна. И до жути устал быть ползающим в грязи червем — беспомощным и слабым.

— Так стань сильнее, Дан. Стань сильнее и прекрати быть червем. Ты сумеешь подняться со дна. Ты сумеешь стать выше того, кто ты есть сейчас. Я верю в тебя, Дан.

— С чего это? Ты все время долбила в мою голову мысль, что я никчемный мальчишка из другого мира, которому будет сложно и пару дней прожить в этом.

— Но сейчас я вижу в тебе не мальчишку.

— А кого же?

— Мужчину, который станет тем, кем никогда не был — воплощением подлинной силы духа и могущества.

Я лег на мху под деревом и попытался уснуть, но сна — ни в одном глазу. Перед внутренним взором все время стояли зловещие, темные картины хаоса и смерти: вырезанная под корень деревня, истерзанные тела Анвара, Рады и Ли, перепуганный до смерти Агнар в клетке. Это стало моим кошмаром наяву, и я никак не мог отогнать его от себя.

Руна заявила, что у нее есть время, чтобы помочь мне, вызвалась охранять мой сон. Если верить ее словам, бессмертным сон не нужен.

Задремать удалось лишь незадолго до рассвета. Как только первые лучи восходящего солнца окрасили теплым светом землю, мы двинулись в путь — в столицу герцогства Кальд, в город Коронам. Руна вызвалась меня сопровождать, чтобы план точно сработал — закупиться всем необходимым, что пригодится мне в походе. Ведь я был гол как сокол.

Мы вышли из лесного укрытия на главную дорогу и двинулись в сторону столицы. Точнее, я шел, а Руна… уж не знаю — летала, наверное, или что-то вроде того. Разговаривать желания не было — в душе царил сплошной мрак.

Спустя пару часов пути позади нас показалась повозка, запряженная одной лошадью. Она была достаточно далеко, чтобы я ринулся в лес, но нам необходимо было как можно скорее попасть в город, а идти пешком — это целая бесконечность.

— Попросись в повозку, — велела Руна.

— Да уж догадался. Только у меня денег нет.

— Об этом не переживай.

— Что ты задумала?

— Просто действуй.

— А ему можно доверять?

— Можно. Купчишка мелкий. Из этого герцогства. Наш человек. Спросит, откуда — говори правду. С людьми надо уметь ладить, чтобы пользу потом иметь.

Когда повозка достигла меня, я крикнул кучеру:

— Не подбросишь до столицы, уважаемый?

Пожилой, маленького роста, лысоватый мужчина остановил лошадь.

— А заплатить есть чем? — спросил он, подозрительно оглядывая меня с головы до пяток.

— Конечно!

— Садись.

Я влез в повозку. Она была открытой, поэтому для беседы с мужиком преград не было, чем он и воспользовался:

— Слыхал, что с деревушкой, что неподалеку отсюда, случилось?

— Я жил в той деревне, — ответил я, тут же нахмурившись.

— Это что ж творится-то… — заохал мужик. — Брат на брата идет. Как же теперь будем-то?

— Да уж. — Мне не хотелось бередить итак кровоточащую рану.

— Как ты выжил-то, парень? Говорят, всех молодых да здоровых в рабство увели.

— Увели, да я в лесу был, на охоте.

— Свезло, значит… — кивнул мужик. — В город бежишь от греха подальше?

— Вроде того.

— Понимаю. Под властью герцога достопочтенного сейчас безопаснее будет. Крестьянский люд сейчас более всех пострадал. Что же дальше будет — подумать страшно…